Повелитель воды

А в нашей деревне вода была, но какая-то другая, чуть-чуть солоноватая. Вот одному-то хрену в башку и взбрело, что это в Ленке нашей дело. А она в тот год и вправду почернела вся, высохла, хотя ей шестнадцать лет всего было. Вот и собралось полдеревни виноватого искать. И спасло сеструху мою, а твою бабку, только то, что даже её молодой организм не сдюжил и она в лихорадке свалилась. Увезли её в район в больницу, наш то фельдшер отбоярился не знанием. Ну и прав был, наверное. А то и он бы мог в эту свару угодить, и чем бы это всё для него покончилось, Бог один ведает.

В общем, как увезли бабушку твою, так и в нашей деревне вода пропала. Помню ещё некоторые злобиться на наш двор приходили, орали под окнами, дескать, не увезли бы вы ведьму в город, посчитались бы мы с нею по-свойски, но ничего, ужо вернётся, вот тогда мы и поквитаемся, дескать. А как вода-то пропала, тут и забегали, зассали на голяшки-то, как припекло. Тут же они же в обратку забегали, заверещали: «верните девку, дайте воду людям, скотина ж дохнет, дети плачут…». А через пять дней, когда все уже думали, что всё помирать будем, Ленка вернулась. Из больницы сбежала. Ну и опять за своё. Тот кто, имя поминать не стану, ну, кто первый предложил её тогда спалить, он же, ещё до больницы её за таким делом и застал. Сам же мне это и рассказывал, много после. «Стоит, – говорит, – ваша девка, там, где ране колодезь большой был, тот который ещё при царе засыпали, ну напротив церквы… Стоит, глаза закрыты, руки как крылья раскинуты, а пальцы как когти скрючены, и она плавно так руками, плавно так водит, вверх-вниз, вверх-вниз, вверх-вниз. Всё одно как ворон на трупаком кружит. И видно, что тяжко ей и что силы уходят, а она губы сожмёт до чёрной полоски и всё одно своё вытворят. Я ж грешным делом тогда подумал, что она воду зачем-то у всех отнимат, это ж потом проя’снилось, что она так воду из-под земли поднимала». Он, так-то несильно за своё несостоявшееся злодейство переживал, а имя что ж, имя всё как с гуся вода, всё хохотки да присказки. А сеструхе моей врачи тогда усиленное питание назначали из-за истощения. Так из всей деревни только с пяток семей ей помощь хоть какую-то и оказали, молока там, мёду прислали. А остальные все, как так и надо. Да ещё и рассуждают, дескать, раз дар даден, надо людям помогать и ничего не просить за это. Дескать, у других-то никаких таких даров нет, что с них спрашивать?! Вот тебе и благодарность людская.