Та, которую я люблю

Хорошо, хватило ума выехать не впритык – добираться на другой берег, понедельник, всегда есть шанс встрять. И точно – авария на новом мосту, здравствуй, пробка. И дальше только молиться.

Телефон истошно заверещал. Так звонили только коллеги. Точно, Маргарита Романовна, зам. Что ещё случилось?

– Доброе утро, Маргарита Романовна!

– Кому доброе, а кому как. Вам Женька не звонила? – Женька, то есть Евгения Васильевна, глуповатая девица почти тридцати лет, исполняла обязанности секретаря генерального директора, Недолюбова.

– Нет пока, слава богу.

– А вот и не слава. Говорят, шеф компанию просрал.

– Что? – ну нельзя же так, с утра в понедельник!

– Что слышите. С потрохами продал Ледяному.

– От кого информация?

– Да от Женьки, холеры такой! Якобы он ей утром позвонил и сообщил. А у неё же язык во рту не держится, ей же надо всем показать, что она всё знает. Вы-то сейчас в банк, так?

– Куда ж ещё!

– Ну да, платёж сам собой не рассосётся.

Телефон запикал – ещё один звонок.

– Простите, Маргарита Романовна, мне, однако, звонит сам шеф.

Перезвоню потом, – Вероника разорвала соединение:

– Здравствуйте, Геннадий Васильевич, – это уже шефу.

– Андреевна, ты где? – вопросил шеф.

Да-да, вопросы о Никах, Ничках и даже Верониченьках они закрыли давно, когда он к ней поначалу подкатывал, а она ему недвусмысленно отказала. Невысокий плешивый Недолюбов с крючковатым носом, кустистыми бровями и водянистыми зеленоватыми глазами никак не совпадал с её идеальным образом мужчины, даже если бы не был шефом.

Так и выродилась эта самая Андреевна.

– В пробке, – сообщила Вероника. – А так еду в банк, у нас, если вы не забыли, платёж должен пройти завтра в ноль-ноль часов, на который есть едва ли треть суммы.

– Мать-мать-мать, – донеслось из трубки.

То есть ни хрена вы, Геннадий Васильевич, не помните. Потому что у вас есть Андреевна, которая помнит. Удобненько.

– Понимаю вас, но решить вопрос сегодня всё равно нужно.

– Да, но тут такое дело, – начал блеять шеф.

 – Понимаешь, Андреевна, в субботу Ледяной, гад такой, совсем в клещи взял и поставил невыразимые условия. В общем, продаю я ему всё. Глядишь, он и порядок наведёт какой-никакой, и деньжат найдёт. Но если ты в банк, то как мы без тебя договор подпишем?

– Маргариту Романовну берите. Она с правом подписи. Если я за себя сейчас в банк кого-нибудь другого пришлю, дело не выгорит.

– Да понял я, понял, – вздохнул шеф. – Ладно, удачи тебе там, пусть всё получится.