Любовь против нелюбви

Вторая перемена – жаркое, из мяса с овощами – морковка, лук, корешки какие-то, всё мягкое и хорошо протушенное, и – запечённые свиные рёбрышки. Ум можно отъесть. И на десерт – сладкий пирог, орехи в меду и засахаренные фрукты.

К их помосту подошёл Питерс, поклонился Джону.

– Милорд.

– Да, Питерс, слушаю.

– Милорд Грегори изволил обедать в своих покоях, как и миледи Маргарет.

– Отлично. Благодарю, обед очень хорош.

– Я рад, – кивнул тот и оглядел стол. – Милорды, миледи.

– Господин Питерс, обед замечательный, – кивнула ему в ответ Катерина.

 – Могу я попросить вас о небольшом количестве сметаны к следующей похлёбке?

У него, бедняги, чуть глаза на лоб не вылезли. Наверное, если бы кресло леди Маргарет заговорило – он и то меньше удивился бы.

– Да, миледи Кэтрин, конечно, миледи Кэтрин! Буду рад сделать для вас что-нибудь ещё!

– Благодарю вас, сметаны будет достаточно, – Катерина слегка улыбнулась.

Питерс поклонился и удалился – очевидно, в полной растерянности.

– Кэт, ты умница! Он теперь у тебя с рук будет есть и лучшие кусочки тебе на тарелку носить, – восхитился Роберт.

 – А я буду к тебе приходить и попрошайничать.

– Может быть, проще поблагодарить человека за хорошо выполненную работу? – усмехнулась Катерина.

Экие они тут неизбалованные уважительным отношением.

– Как интересно ты теперь говоришь, сестрица, – улыбнулся Джон.

– А что я говорила раньше? Прошу прощения, не помню.

– В том и дело, что ничего, – покачал головой тот.

– Так, мне нужно отъехать – посмотреть жеребёнка, будем брать или нет.

К ужину вернусь, – Роберт поцеловал Кэт в уголок губ, поднялся и стремительно выбежал из залы.

– А я был бы рад побеседовать, – Джон смотрел серьёзно, и от него не исходило никакой угрозы. – Могу я заглянуть?

– Хорошо, – кивнула Катерина. – Буду ждать.

О Джоне Мэгвин говорила, что он самый приличный из здешней компании. Похоже, что так и есть.

– Миледи, ничего себе вы смелая! – зашептала Грейс, едва они добрались до своих комнат.

 – Ни разу не видела, чтобы кто-то осмеливался так разговаривать с милордом! И чтобы милорд за это не побил и не убил.

– Что ж теперь, заплакать и пойти? – усмехнулась Катерина. – Ему нужно лучше следить за своим имуществом и своими людьми. К тому же, я слышала, что сам он владел кольцом не по праву, так что – всего лишь господня воля и высшая справедливость, – пожала она плечами.

С последним утверждением Грейс была полностью согласна – и истово перекрестилась.