Анжелика и принц

Совершенно раздетая, не считать же за одежду три зелёных клочка ткани – два на груди, и один – там, снизу. И это было посильнее любых торчащих из сорочки плеч, потому что все изгибы её стройного тела – вот они, напоказ. Она стояла на носочках на большом камне и тянулась вверх, как будто хотела достать что-то с неба.

Анри взглянул на неё, сглотнул. Сидит, смотрит, как ни в чём не бывало.

– Скажите, кто вас так изобразил? – выдавил он из себя.

– Лёха фотал, – пожала она плечами. – Друг. День был жаркий, и мы купались, а вообще там вода очень холодная, не сильно-то покупаешься.

Ну как купались – забежал, выбежал. Или долго входишь в воду и привыкаешь к температуре, потом можно хоть полчаса там сидеть. Ну да, фотка удачная получилась.

– Вы… проводили там время с этим другом? – может, у них таков ритуал любовной игры?

– Да толпой мы там время проводили, – рассмеялась она. – Дальше на фотках все остальные.

Анри провёл пальцем по поверхности – точно, много людей.

Ещё три девушки, и одеты подобным образом – в клочки ткани. И десяток молодых людей, тоже раздетых, и на них что-то вроде брэ, разноцветных и облегающих.

– Вы там что, вот прямо так и ходили? – изумился он. – Прилюдно?

– Да мы просто купались, – рассмеялась она. – Это одежда такая, типа специальная. Чтобы потом быстро сохла. В ней купаться и загорать. Если на улице жарко, то мгновенно высыхает.

– Одежда? – не поверил Анри. – Простите меня, Анжелика, но где вы здесь увидели одежду?

– Да ладно, нормальные купальники, у меня так даже не стринги, а приличные трусы.

– Вы очень красивы в такой… одежде. Скажите, у вас дома был жених?

– Скажете тоже, жених. Он мне зачем, в восемнадцать-то лет? У меня были друзья, много, и был парень, один раз и недолго, и всё.

– Простите, а какая разница между парнем и друзьями? – не понял он.

Она вздохнула.

– Ну как, друзья – это просто друзья, даже если ты с кем-то из них иногда спишь, по дружбе.

А парень – это вот прямо твой парень, вы встречаетесь. Эксклюзив. А если не эксклюзив, то пошёл… далеко.

Он уловил эту заминку, успел внутренне содрогнуться, понимая, что она сейчас скажет, и едва ли не выдохнул с облегчением, когда она завершила фразу. Понимает и умеет. Не безнадёжна.

Анри попробовал провести пальцем в обратную сторону. И ура, получилось – там снова была она, только она одна. Вдохновляющая и прекрасная.