Анжелика и принц

– Анжелика…моя племянница собиралась выходить замуж в том же платье, в котором была в день помолвки. После смерти отца она была в трауре.

– Вот! Ещё и траур! На тебя посмотрят, как на кусок идиота. Скажут, не утерпел, на родича покойного наплевал. А что там, сколько ждут-то нормальные люди?

– По-разному, бывает, что и не ждут, – сказала Антуанетта.

Вообще она права, конечно.

– Хорошо, месяц с половиной, – пусть так.

Может быть, за тот месяц с половиной она покажется ему более привлекательной?

– Ок.

И про платье и всю положенную хрень к нему не забудь. Но ты, или кто там, кому ты скажешь, отвечает на все мои вопросы. Я жила совсем в другом всём, сечёшь, нет? В другом доме, ела другую еду, носила не эту вот маскарадную херомантию, как у вас тут, а нормальную удобную одежду. И в жизни у нас всё было устроено по-другому.

– Это разумное требование, госпожа Анжелика.

– И ещё. А если откажусь – ну, быть этой вашей девицей де Безье?

– Вы умрёте, – быстро ответил Анри.

Вот ещё, слушать капризы этой невыносимой девицы!

Она помолчала немного, потом кивнула.

– Ок. Уговорились. Я буду Анжеликой де Безье. Давай руку.

– Что? – не понял Анри.

– Руку, говорю, давай.

Он протянул ей правую руку, она взяла своей правой рукой. Ладонь у неё была твёрдая, ничуть не похожая на мягкую ладошку той, покойной Анжелики.

– И что теперь?

– А теперь разбей, – кивнула Орельену.

Тот не понял сначала, но потом догадался, что она от него хочет, и разбил их рукопожатие ребром ладони.

– Что за странный обычай? – поднял брови Анри.

– Так делают, когда что-то важное, – сообщила Анжелика.

– Хорошо. Но вы должны следить за собой, начиная с сегодняшнего дня. Я допускаю, что вы могли быть привычны к более вольному содержанию, чем то приличествует благородной девице. Но теперь ни у кого даже и мысли не должно возникнуть, что вы способны не только вольно разговаривать, но и утратить целомудрие.

– Что? – вытаращилась на него девица, а потом как захохочет!

– Что с вами? – холодно поинтересовался Анри.

– А губу закатать не хочешь? Целомудрие! Три раза! Да я давно не девственница.

Что? Анри подозревал, что вытаращенными глазами и разинутым ртом похож на выброшенную на берег рыбу, но не мог поделать с собой решительно ничего. Она – не – девственница?

– Ты б сразу сказал, что девственница нужна, я б домой пошла, – сообщила она.

Тьфу.