Анжелика и принц

– Тогда жопа, да. Только рожать. А ей сколько лет-то, той девке?

– Шестнадцать, как прежней госпоже Анжелике, они молочные сёстры.

– То есть, она ту Анжелику хорошо знала? И может, в случае чего, заметить подмену?

– Да, она знала её хорошо. И наше всеобщее счастье, что её здесь нет.

– Были бы проблемы? – ухватила суть вопроса госпожа.

– Скорее всего, – кивнула Жакетта.

– Значит, пусть там, где есть, и остаётся, и рожает, и чужим детям сопли вытирает, – припечатала та. – А зовут-то тебя как, я не помню, принц говорил или нет?

– Жакетта, госпожа.

– Что за имя такое странное? Жакет – это как пиджак. Пиджак у мужиков, а жакет у женщин.

– Обычное, – удивилась Жакетта. – Я родилась в день святого Иакова, был бы мальчик – тогда назвали бы Жак, а случилась я.

– Надо запомнить, что не пиджак и не жилетка, – сказала странное госпожа. – А я Чумка, то есть Лика, если по-цивильному. – Скажи, толчок у вас где? Сил нет терпеть уже.

– У нас – что? – опять не поняла Жакетта.

Но госпожа пока не бьёт и иголками не тычет, так что живём.

– Ну, туалет. Поссать хочу, сил нет.

– Момент, – Жакетта метнулась в спальню и принесла ночную вазу.

– Что-о-о-о-о? Горшок? Как у младенца? – вытаращилась госпожа.

Где она жила-то, что от обычной ночной вазы её так перекорёжило!

– Я не знаю, госпожа, как у вас дома, но здесь – так. У хозяев, я слышала, прямо отдельные комнаты под это дело есть, они специально построены над замковым рвом, чтобы, ну, туда всё стекало и валилось, – Жакетта не смогла не рассмеяться – представила.

Но госпожа не сердилась и тоже рассмеялась.

– А если в том рву кто-нибудь окажется? Прямо на него и насрут? – поинтересовалась она, расстёгивая свои удивительные синие бриджи из хорошей плотной ткани.

– Ну откуда там кому-нибудь взяться, – рассмеялась Жакетта.

А потом вспомнила историю, которую рассказывали на кухне, о том, как из замковой темницы лет десять назад сбежал какой-то враг покойного господина герцога, отца господина Анри, и бежал как раз через тот самый ров с нечистотами.

Жакетта рассказала эту историю и посмеялась вместе с новой госпожой.

– Ни хера себе он вонючий-то потом был, – смеялась госпожа.

Забавно, о том же самом подумала.