Джентльмен-повеса

 – Не забывай: это Эви – красавица, а я – «синий чулок».

– Эй! – Он повернул Энн лицом к себе и приподнял пальцем ее подбородок, чтобы встретиться с ней глазами. – Ничего подобного. – Его губы медленно раздвинулись в задорной улыбке. – Я не знаю ни одного закона, запрещающего «синим чулкам» быть красавицами, но если такой есть, ты его определенно нарушила.

– Не надо…

Губы Стивена накрыли ее рот, и все слова потеряли смысл.

И вообще все вокруг стало не важным. Энн могла думать лишь о том, как его губы касаются ее губ, требуют, чтобы она открылась для него.

Поцелуй прервался до обидного быстро. Энн даже недовольно застонала.

– Тише, любовь моя, – шепнул Стивен, прислонившись лбом к ее лбу. – Мы не одни.

– Что?

Глаза Энн широко распахнулись, она отскочила в сторону и оглянулась. В дверях примерочной стояла улыбающаяся мадам Селеста.

– А вы, однако, шалун, месье.

Стивен взял Энн за руку и притянул к себе.

– Она все поймет правильно, да, Эви? Что я без ума от леди Энн. – Он поцеловал ладонь невесты. – Ну а теперь, я полагаю, леди Энн готова для снятия мерок. А леди Эванджелина пока составит мне компанию.

– Но… – В примерочной мадам Селесты уже никак не скрыть отсутствия каких бы то ни было женских форм.

– Идемте. – Селеста отступила в сторону, жестом предложив леди Энн следовать впереди, вероятно, чтобы преградить ей путь к бегству. – Мы освободим вас от этого уродливого кокона и превратим в прелестную бабочку.

Если бы только это было возможно…

Энн оглянулась на Стивена и Эви. Оба энергично жестикулировали, требуя, чтобы она шла в примерочную.

Что ж, похоже, у нее нет выбора. Ей придется подчиниться и испробовать на себе способности мадам Селесты к превращениям, даже если в результате получится не бабочка, а бледная моль.

Глубоко вздохнув, Энн направилась в примерочную.

Глава 5

– Неужели мадам Селеста успеет закончить бальное платье до сегодняшнего вечера? – Эви покраснела и оглянулась на Энн. – Я имела в виду два бальных платья.

– Я ей сказала, чтобы она сначала сшила твое, – сообщила Энн, пока они поднимались по ступенькам Крейн-Хауса. – Я могу надеть старое.