Нормальные люди

А Марианна знает, что ты пригласил другую? – говорит Лоррейн.

Пока нет. Я ей скажу.

Лоррейн прижимает ладонь к губам, так что выражения ее лица ему не разобрать: удивление, возмущение – или ее сейчас вывернет.

А тебе не кажется, что тебе следовало бы пригласить ее? – говорит она. Учитывая, что ты каждый день трахаешь ее после школы.

Следи за речью.

Лоррейн резко вдыхает воздух, раздувая ноздри. А как ты хочешь, чтобы я выразилась? – говорит она. Может, я должна сказать, что ты используешь ее для удовлетворения своих сексуальных потребностей, так точнее?

Слушай, спокойно.

Никто никого не использует.

И как, интересно, ты заставляешь ее молчать? Пригрозил чем-то страшным в случае, если она проболтается?

Да ну тебя, говорит он. Разумеется, нет. Это по взаимному согласию, ясно? Ты чего-то уж слишком разошлась.

Лоррейн кивает самой себе, смотрит сквозь лобовое стекло. Он нервно ждет.

В школе ее недолюбливают, верно? – говорит Лоррейн. А ты, значит, беспокоишься, что о тебе не так подумают, если узнают.

Он не отвечает.

Ладно, тогда я тебе скажу, что я об этом думаю, говорит Лоррейн. По-моему, ты подлец. Мне за тебя стыдно.

Он вытирает лоб рукавом. Лоррейн, говорит он.

Она открывает пассажирскую дверь.

Ты куда? – говорит он.

На автобусе доеду.

Да ты чего? Веди себя по-человечески.

Если я останусь в машине, наговорю такого, что сама потом пожалею.

Да в чем вообще дело? – говорит он. Какая тебе разница, с кем я пойду на выпускной? Тебя это вообще не касается.

Она распахивает дверь и вылезает из машины. Ну ты и странная, говорит он. В ответ она со всей силы захлопывает дверь. Он мучительно стискивает руль, но сам не двигается. Это, блин, моя машина! – мог бы он сказать. Я тебе что, позволил тут хлопать дверью? Лоррейн уже шагает прочь, сумочка ударяет ее по бедру в такт шагам. Он смотрит ей вслед, пока она не сворачивает за угол. Он два с половиной года работал после уроков в автомастерской, чтобы купить эту машину, и теперь возит на ней маму, потому что у нее самой нет прав.

Он мог бы сейчас поехать за ней, опустить стекло, крикнуть, чтобы садилась обратно. Очень хочется так и сделать, хотя он и знает, что ничего не добьется. А потому просто сидит, положив голову на подголовник, и слушает собственное идиотское дыхание. Перед входом ворона клюет брошенный пакет из-под чипсов. Из магазина выходит семейство, у каждого по мороженому. В салон заползает запах бензина, тяжкий, как головная боль.