Хорошая сестра

– Ферн, – говорит Роуз, – скажи мне, что ты кормила и выгуливала Альфи?

– Я… я не понимаю, – отвечаю я. – Почему ты хочешь, чтобы я это сказала?

Наступает долгое молчание, за которым следуют длинные, но тихие ругательства. Я жду, внезапно почувствовав себя нехорошо.

– Ферн! Я же хотела отдать его в питомник! – говорит Роуз прерывающимся и взволнованным голосом – таким голосом она разговаривает с людьми, когда ей не доставляют какую-нибудь посылку или когда ей выставляют завышенный счет за электричество.

Со мной она практически никогда так не говорит. – Но ты настояла! Сказала, что будешь присматривать за Альфи!

Я ничего такого не помню. Но если Роуз говорит, что я так сказала, значит, так и было. На мгновение я задумываюсь о последствиях. С тех пор как она уехала, прошло четыре дня. Четыре дня Альфи без еды и выгула. Я рыщу в чертогах своей памяти информацию о том, как долго собаки могут жить без еды и воды. Тщетно. Мне становится нехорошо.

Роуз щелкает языком, как она обычно делает, когда нервничает.

– Что же теперь делать? – спрашивает она.

Я смотрю на Уолли, он пристально за мной наблюдает.

– Ты сказал, что твой фургон недалеко?

Он кивает.

– Роуз, – говорю я в трубку, – я еду к тебе домой.

Как выяснилось, Уолли очень эффективен в планировании и управлении временем. Когда я объяснила ему, что произошло, он предложил сбегать за фургоном (он в прямом смысле побежал), пока я соберу покрывала и еду. К тому времени, когда я распихиваю все по сумкам и выхожу к воротам парка, Уолли уже ожидает меня в своем оранжевом, винтажного вида фургоне «Комби».

Он открывает пассажирскую дверь изнутри.

– Куда ехать? – спрашивает он, и я показываю ему дорогу к дому Роуз, что в пятнадцати минутах езды от Ботанического сада. Он не включает радио и, к моему облегчению, молчит всю дорогу, за что я ему очень благодарна, поскольку мне нужно сохранять ум ясным и сосредоточиться на собаке. Не то чтобы я была сейчас способна много думать.

От волнения мне становится дурно. Я обхватываю себя руками, пытаясь сохранить спокойствие. От меня не будет никакого толку для Альфи, если я не возьму себя в руки.

Мы подъезжаем к дому Роуз и Оуэна, все выглядит как прежде. Должно быть, кто-то забирал почту, потому что из почтового ящика ничего не торчит. Интересно, почему Роуз не попросила того, кто забирает почту, кормить и выгуливать собаку? Тогда бы с Альфи все было хорошо. Уолли выходит из машины первым.