Отпрыск королевы-ведьмы

– Вы бы узнали их снова?

– Несомненно!

– На самом деле, в комнате, конечно, никого не было?

– Никого. Это была какая-то ужасная иллюзия, но я никогда не смогу ее забыть.

Кольцо Тота

На Хаф-Мун-стрит было очень тихо; полночь пробила почти полчаса, но Роберт Кеан все еще расхаживал взад и вперед по библиотеке своего отца. Он был очень бледен и много раз поглядывал на книгу, которая лежала открытой на столе. Наконец он остановился перед ней и еще раз прочитал некоторые отрывки.

"В 1571 году, – говорилось в ней, – на Гревской площади был казнен печально известный Труа Эшель.

Он признался перед королем Карлом IX… что творил чудеса.... Адмирал де Колиньи, который также присутствовал при этом, вспомнил… смерть двух джентльменов.... Он добавил, что они были найдены черными и опухшими."

Он перевернул страницу не слишком твердой рукой.

"Знаменитый маршал д'Анкр Кончини, – прочитал он, – был убит выстрелом из пистолета на подъемном мосту Лувра капитаном телохранителей Витри 24 апреля 1617 года.

... Было доказано, что маршал и его жена использовали восковые изображения, которые они хранили в гробах...."

Кеан поспешно захлопнул книгу и снова принялся расхаживать по комнате.

– О, это совершенно, фантастически невероятно! – простонал он. – И все же, своими собственными глазами я видел…

Он подошел к книжной полке и начал искать книгу, которая, насколько позволяло его небольшое знание предмета, могла бы пролить свет на мрак. Но ему не удалось ее найти.

Несмотря на жаркую погоду, в библиотеке, казалось, стало прохладно. Он нажал на звонок.

– Марстон, – сказал он человеку, который вскоре подошел, – вы, должно быть, очень устали, но доктор Кеан будет здесь в течение часа. Скажите ему, что я пошел к сэру Майклу Ферраре.

– Но уже больше двенадцати часов, сэр!

– Я знаю, что это так; тем не менее я ухожу.

– Очень хорошо, сэр. Вы будете ждать там доктора?

– Вот именно, Марстон. Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, сэр.

Роберт Кеан вышел на Хаф-Мун-стрит. Ночь была прекрасной, и безоблачное небо щедро усыпали звезды. Он шел, не обращая внимания, почти не замечая, в каком направлении. Его не покидало ужасное убеждение, крепнущее с каждой минутой, что Майре Дюкен угрожает какая-то таинственная угроза, какая-то опасность, которую невозможно классифицировать. Что он подозревал? Он не мог дать этому названия. Как он должен действовать? Он понятия не имел.