Кукушка

Леся и Даша поели, а потом уснули – старшая, прислонившись спиной к стене, младшая – положив голову к ней на колени.

Когда Леся очнулась, был поздний вечер. Вокруг – ни души, лишь старик-служащий подметал пустой перрон.

– А где все? – вскочив, спросила Леся. – Дедушка, тут же были люди?

– Ах, эти, деревенские? – отозвался старик. – Уехали они, дочка. Тут такой переполох был с поездом. Он пришёл раньше времени, а следующий, сказали, неизвестно когда будет. Вот они все набились в вагоны и поехали в Петрозаводск.

– Забыли про нас, выходит, – прошептала Леся.

Она вернулась на вокзал и бессильно опустилась на пол рядом со спящей сестрёнкой. Плакать Леся не могла – проснётся Даша, снова будет спрашивать о родителях…

Утром они отправились в Петрозаводск, следуя вдоль железной дороги. Через два часа Даша начала просить есть. К полудню она уже плакала от голода. А где было взять еды? По надписям на указателях Леся поняла, что до ближайшего села – больше десяти вёрст.

– Потерпи ещё чуток, Дашуня! Скоро дойдём! – ласково просила она.

Через час, когда изнемогшие от долгой ходьбы сёстры сидели на поваленном дереве, рядом послышался цокот копыт. Серая лошадь шла не спеша, а возница в телеге дремал с вожжами в руках.

– Стой, дядька, стой! – во весь голос закричала Леся.

Она бросилась наперерез возку и повисла на руках оторопевшего мужика.

– Есть у тебя что-нибудь из еды? Дай нам… у меня сестричка малая с голоду гибнет!

– А что дашь взамен? – Крестьянин с опаской смотрел на девушку с измученным лицом и растрёпанными волосами.

– На! – Леся выдернула из ушей серебряные серёжки, когда-то подаренные родителями.

Мужик протянул ей мешок. В нём оказался пяток варёных картофелин, полкаравая хлеба и вяленый окунь. Этот припас сёстры растянули на три дня. На Петрозаводский вокзал они пришли уже вечером. Здесь Леся сменяла какой-то бабе свой нательный крестик на полбуханки хлеба и банку тушёнки. Потом девушка нашла на путях отцепленный вагон-теплушку.

– Залезай сюда, Дашка! Переночуем тут, а утром будем искать, куда пристроиться!

Проснулась Даша от громкого свиста. Сестры в вагоне не было, а снаружи слышались шаги и голоса. Дверь распахнулась, и перед девочкой появились несколько мужчин с винтовками. От испуга Даша расплакалась.

– Ого! Да тут, кажись, беспризорница, – воскликнул коренастый командир. – Ну, чего ревёшь?

Даша рыдала, боясь поднять взгляд на солдат.

– Замарашка какая… точно, бездомная.