Убийства без причин

Мужчина сходил в душ, переоделся, поел, посмотрел телевизор, лёг на кровать, так проходили все его дни, которые были без убийств, только одиночество и он. Только вот сейчас, было одно отличие, Жерар вспомнил почему-то барменшу, что-то в ней его зацепило. Взгляд, с которым она пристально смотрела? Безразличие, с которым работает? Точного ответа не было. Очень сильно обладало желание увидеть её вновь. Через неделю не выдержал и навестил.

– Здравствуй.

– А? Это ты. – Уже не ждала еще когда-нибудь встретиться.

– Мы переходили на «ты»? Я ведь даже имени твоего не знаю. – Тон отличался от предыдущего, был более мягким, теплым.

– Елена.

– Жерар, приятно познакомиться.

– Не думала, что снова тебя увижу. – Вырвалось.

– А хотела? – Улыбнулся.

– Да, что-то меня зацепило в тебе.

Засмущался. – Слишком открыто.

– Зачем скрывать очевидные вещи?

– Они могут быть неприемлемы для общества, например, твоя прямота меня возбуждает.

– Меня возбуждает твоя хрипотца в голосе. – Усмешка.

– Давай прекратим это. И позволишь мне тебя проводить, опасно ходить ночью?

– Я работаю до утра.

– Утром тоже опасно.

– Спроси у меня, когда я закончу работу.

Сейчас перед ней был словно другой человек, забавно так думать, когда виделись один раз. Он даже ждал 4 часа, пока она закончит свою работу.

– Я могу проводить тебя?

– Я пойду домой, а ты можешь просто идти за мной.

– Хорошо, хотя бы так.

*Сейчас*

– Думаю, на сегодня стоит закончить. – Селена посчитала, что Елене стоит отдохнуть.

– Что? Мы не узнали всё. – Кевин не хотел прерываться.

– Вы правы, мне стоит отдохнуть, сегодня я не буду рассказывать дальше. Я могу идти в свою камеру?

– В камеру? Ты не заключенная, ты гостишь в комнате, довольно неплохой.

– То есть я не заключенная?

– Нет.

– Я могу уйти?

Присутствующие не нашли слов.

– Так я и думала, не загоняйте себя в тупик, всё-таки я была с ним почти 6 месяцев. Вы тут обсудите всё, а я пойду в свою элитную камеру.

– Что вы думаете?

– Не спешите, Кевин, если мы будет долго её мучить, как быстро ей всё надоест?

– К чему вы это?

– Вдруг она начнёт от скуки искажать правду, нам ведь этого не надо, верно?

– Мы ведь и так знаем достаточно, мы поймем, когда она начнёт врать.

– Я не говорила про враньё. Искажение выглядит по-другому, тоньше, к этому подходят издалека, и нет уверенности, что она не начала.

– Всё равно не понимаю.

– Вот поэтому здесь я.