Из-За Тебя

К тому же через пять дней мне надо будет отлучиться по семейным делам?

– Это что-то важное? – В голосе неожиданно было больше переживаний, чем могло бы быть. То есть он не сказал ничего, что бы могло кого-то заставить подумать о неприятностях или чего-то подобном.

– В некотором роде важно.

– Понятно.

– Желаешь знать?

"Я? Д…Нет!Нет!Нет"

– Нет.

– Хорошо. – Показал, что закрывает глаза.

– Поправляйся.

– Спасибо.

Девушка ушла со странным ожогом внутри. И не известно, чем он вызван.

Глава 4. ВОСХОЖДЕНИЕ.

*Через несколько дней*

Маркиза Белякова, достаточно взрослая тётка то с рыжими, то с огненными прядями. Вампиры, не встречавшие её, впервые начинают бояться, ибо её статная внешность и суровый взгляд давит. Но её слуги больше бояться, когда у их хозяюшки просыпается шаловливый ребёночек. И есть один день, когда этот ребёнок чувствует всю дозволенность. О, никто, кроме тех, кто статусом выше, в этот день не преграждает, сея ураган.

Со всей своей нехотью Хейден посетил торжество в честь дня рождения Маркизы. Наверное, единственная женщина кого слегка побаивался главный герой. И не, потому что она принадлежит одной пяти семей приближенных к королевской знати, ведь он такой же, даже выше, а то что, она непредсказуемая и взбалмошная.

– ХаХиХо.

Мужчина услышал смех хозяйки вечера. Да, он его узнал среди большого обилия голосов и звуков. Дело в том, что в его детстве, когда покойные мать и отец посещали подобные мероприятия, естественно сына брали собой, и он для себя отметил, что Маркиза часто улыбалась беспричинно, но не фальшиво.

Следом раздался и не знакомый смех.

– Хахаха.

Рядом с большой дамой, стояла маленькая белобрысенькая – Графиня Парасоцкая Светлана. Дама в серьёзных годах, мечтающая жить отшельником, но её кровь так разрослась, что ей это уже не под силу.

Молодой Артуа побоялся, хоть и надо было, подходить к двум леди подшофе. Они либо убили бы его, либо расцеловали. Даже не знал, что хуже.

До автокатастрофы, унёсшей его родителей, публичные встречи были адским испытанием, даже когда стал подростком, не мог скрыть от отца мучения.