Вендетта. Жажда мести и безрассудное влечение

Генри молчал. Я попыталась поговорить, но в ответ услышала тишину. Какие-то неполадки? Если это так, то у нас могут возникнуть крупные проблемы.

Часики тикали, а змеи не являлись. Я начала подозревать что-то неладное.

Неизвестные амбалы вели себя довольно беспечно и беззаботно, но спустя пару минут на территории замаячили наши внедорожники. Ну наконец-то! Уже было начала сомневаться в умственных способностях этих идиотов!

Из огромных «танков» выгрузилось около десяти человек среди которых были Алан и Шон, и по всей видимости, они, мягко говоря, не в духе.

Разъярённые змеи накинулись на отряд пай-мальчиков с громкими ругательствами. Не требовалось много мозгов, чтобы сложить два и два, и догадаться, что вся операция медленно катится к чертям.

Во всей этой суматохе никто не заметил появления ещё одного автомобиля.

– Приём, вижу неизвестного, – докладывала в подслушку я, но когда увидела до боли знакомую фигуру и приставленный к виску ствол, то сразу же поняла, что это подстава.

Глава 2.

Все наши пушки были направлены в сторону одного-единственного человека. Чувствовала, как дрожал под его натиском несчастный Марк. Он старался не показывать своего страха, но не заметить тот дикий ужас, что царил на его лице просто нереально! Он трепетал, как хрупкий осенний лист, жизнь которого в один миг может предательски оборваться.

Я не знала куда себя деть. Что делать в такой ситуации, от кого ожидать указаний и как действовать? Шон был в неменьшем ужасе. Мужчина понятия не имел, что делать, поскольку раздавать указания в отсутствие Мориса обязанность Марка.

– Если хотя бы один сдвинется с места его башка превратится в чёртово решето! – ядовито протянул неизвестный, плотнее прижимая холодное дуло к блондинистой голове.

Их оружие было направлено на наших людей. Змеи же, напротив, целились в сторону темноволосого мужчины. Я наблюдала за всем с крыши многоэтажного дома. Боже, впервые в жизни колебалась и думала над выстрелом…!

До этого неподвижный Шон неожиданно поднял руки вверху, показывая мне оттопыренный мизинец. Я знала этот жест. Нет, это не признак капитуляции и отступления, а указание подготовиться к стрельбе.