Отчаянный холостяк

 – Он, вероятно, выходил в море при любой погоде в период службы.

– Наверняка, – сказал Торн. – А вы участвовали в той славной битве при Абукире[5 - Битва при Абукире (1798) – решающее сражение между Королевскими ВМС под командованием Нельсона и флотом Французской Республики в Абукирском заливе, Египет. Британцы одержали решительную победу. – Прим. переводчика.], Вулф?

Наконец майор отвернулся от окна.

– Да, – ответил он раздраженно. – Но она едва ли была славной, поверьте мне.

Торн немного изменил положение на сиденье, чтобы смотреть на майора.

– Но ведь Великобритания одержала сокрушительную победу, разве нет? Разве мы не омыли себя славой?

Майор Вулф скорчил гримасу.

– Только на моем корабле мы потеряли почти двести человек, многие из них были моими товарищами из морской пехоты. Так что простите, если мои впечатления от этого сражения окрашены кровью, которую я видел на палубах нашего «Маджестика». Она лилась по ним реками. В один момент «Маджестик» оказался между двух французских кораблей, и тогда мы потеряли и нашего командира корабля, и две мачты, и это не говоря про то, как серьезно пострадал корпус.

– Тем не менее вчера вечером Шеридан рассказал мне, что вы – настоящий герой войны, – настаивал Торнсток. – После этой битвы вас повысили в звании до капитана за то, как вы себя показали во время нее. Я понятия не имел об этом.

Гвин тоже не имела понятия. Как же, наверное, Вулфа раздражает его положение егеря! Он ведь был вынужден опуститься так низко по социальной лестнице.

– Вас ранили во время этого сражения? – спросила Гвин, которой хотелось услышать все, что Вулф только может рассказать про свою службу в морской пехоте.

Уголки его губ слегка приподнялись вверх.

– Нет. Битва при Абукире состоялась десять лет назад. А я не столько времени прохлаждаюсь в Сэнфорте, ваша светлость.

– Простите, – пробормотала Гвин. – Я мало знаю про войну с Францией.

– Это видно, – заметил Торн.

– Вообще-то я в то время жила в Берлине, – не осталась в долгу Гвин.

– И мы все знаем, что в Берлине не выходят газеты, – язвительно сказал Торн.

Мать гневно посмотрела на них обоих, потом обратила свое внимание на майора Вулфа.

– Знаешь, Джошуа, не нужно так официально с нами разговаривать. Ты же мой племянник, а значит, член семьи.

– Да, старина, я собирался сам об этом вчера сказать, – добавил Торн.