Как стать герцогиней

 – Ты едва ли общался с нашей тетей, ты игнорируешь Шеридана, ты даже ни разу не видел леди Гвин.

– Никого из них никогда не интересовало, как ты живешь и что делаешь до сегодняшнего дня. И тут внезапно они предлагают представить тебя высшему свету. Попомни мои слова: у них для этого имеются какие-то свои причины. Все это неспроста.

– Но я воспользуюсь предоставившимся мне шансом.

Каким-то образом она должна помочь и себе, и Джошуа выбраться из этого места, найти что-то более надежное, где у него все будет хорошо, где он сможет процветать и преуспевать… где она сама сможет процветать и преуспевать.

Она так устала от всего этого!

– Ты хочешь сказать, что не одобришь наш план?

Беатрис увидела ярость в его глазах цвета лесного ореха, которые обычно смотрели уныло и безжизненно. От этого ей захотелось плакать. Но его ответ удивил ее.

– Конечно, одобрю.

Она обняла брата за шею, не в силах удержаться. Ей так хотелось к нему прикоснуться!

– О, спасибо тебе, спасибо! Ты самый лучший на свете брат!

Хотя Джошуа немного напрягся, он не оттолкнул ее, как делал обычно.

– Вообще-то ты не предоставляешь мне особого выбора, – хрипло заметил он.

Беатрис прижала его к себе еще крепче.

– Я всегда даю тебе возможность выбора, брат. Но только пока ты делаешь правильный.

Когда она выпустила его из своих объятий, Джошуа улыбался:

– Ты так быстро растешь, утенок!

Он так давно не называл ее утенком…

– Если ты еще не заметил, то я не только стала взрослой, но еще и очень скоро могу остаться старой девой.

– Чушь! Любой мужчина, у которого есть глаза, увидит, что ты – бриллиант чистой воды.

– Может, неограненный алмаз, – ответила она. – И очевидно, что в этих местах живут только слепые мужчины.

– Кроме наших кузенов, да? – До того как она успела ответить, он добавил: – Хорошо, отправляйся в большой мир.

– Ты мог бы поехать с нами в Лондон, сопровождать нас, – выпалила Беатрис на одном дыхании. – Я уверена, что наша тетя не будет возражать. И ты тоже заслуживаешь того, чтобы войти в высшее общество.

Джошуа скорчил гримасу:

– Я никогда в жизни даже близко не подойду к этой выгребной яме. И поверь мне: никто меня там не ждет и не хочет, чтобы я насмехался над их притворством и притязаниями.