Бинарный код 4. Невидимая власть

Они воспринимали очень негативно присутствие постороннего на их территории, тем более – неизвестного, по принадлежности к структурам, лица.

Задушевно побеседовать, как в NORAD, ни с кем не удалось. Комплекс недоступен общественности, а уровень безопасности тут столь высок, что теоретики заговора размышляют о каких-то других предназначениях этого объекта. Среди них популярен слух о том, что из места R к Пентагону ведет тоннель длиной в 157 километров. Знали бы они, куда и на какие расстояния, тянутся туннели.

Поскольку по легенде Рутра был ученым, двойным агентом, должен был «выяснить» слабые места в технологии Пентагона относительно российских разработок, то ему был открыт доступ везде. В его лице чувствовалась некая властная составляющая, потому как они сами подробно рассказывали, с предоставлением документов, все возможности техники. Установка «сверху» была четко дана – предоставить все данные согласно предмету поиска.

Сопровождающий его офицер, который был сдержан и откровенно заявил, что не доверяет всем, кто из СССР и его союзников, подробно отвечал на задаваемые вопросы и предоставлял доступ в интересующие отделы. Показывая и рассказывая, он как «истинный американский военный» постоянно акцентировал внимание на том, что оружие США превосходит российское, а технологии – лучшие в мире.

– Я Вас понимаю, но в данный момент меня интересуют более научные термины, – пытался урезонить его Рутра.

Офицер воспринял это утверждение чуть ли не как личное оскорбление. Он выпрямился и с надменным видом ответил:

– Американские военные рассчитывают удержать технологическое преимущество над Россией и Китаем путем разработок в сфере робототехники и систем искусственного интеллекта. Например, ваш танк «Армата» в будущем планируется сделать беспилотным.

Рутра не хотел больше вступать в полемику, потому что знал, откуда «дует ветер», что и подтвердил впоследствии офицер.

– Продвижением подобных проектов в Пентагоне занимается первый замминистра обороны. Он неоднократно выражал обеспокоенность в связи с высокотехнологичными разработками России и Китая. По его мнению, российская армия «готовится воевать на роботизированном поле боя».