Артур и Последний Дракон

Пахнуло речной свежестью. Десяток ступеней, вырубленных прямо в скале, привели его к ручью или речной протоке, невесть как образовавшейся в сплошной на вид скале. Журчание речной воды показалось ему музыкой. К крюку, вбитому в стену, была привязана лодка. Он сел в неё и начал грести. Стены слева и справа от него то сходились, то расходились. «Сейчас они окончательно сойдутся и раздавят тебя!» – шептал ему на ухо кто-то очень и очень злой. Однако, стиснув зубы, он продолжал путь. Вскоре впереди забрезжил свет, и скалы отпустили его из плена.

Сердце билось часто-часто. Только сейчас он понял, в каком был напряжении. Табаня правым веслом, он прижал лодку к скале, отвесно уходившей вверх, и сориентировался: он был примерно в трёхстах ярдах от мельницы. Но этого недостаточно. Нащупав в кармане кусок мела, он нарисовал на скале большой крест. А потом отметил на компасе, в каком направлении от мельницы находится отметка.

Чего он вовсе не собирался делать, так это возвращаться в подземный ход.

Причалив к берегу, он спрятал лодку в кустах и направился к подъёмному мосту. На его счастье он был опущен, зато ворота закрыты. Да ладно, что он – не сможет перелезть через стену?!

Город спит. Только в некоторых окнах горит свет. И что им мешает спать? Пробежав по безлюдным улицам, проскользнув на цыпочках мимо дремлющего стражника, он подбежал к воротам: конечно, и ворота, и калитка заперты. Не беда. Скоро он уже входил в левое крыло замка. Поднявшись в кухню, он застал там Пита.

Он плакал навзрыд; слёзы, стекая по грязным щекам, проделали дорожки. Артур тронул его за плечо:

– Что с тобой? – от неожиданности он отпрыгнул в сторону и с неподдельным ужасом уставился на него:

– Т-т-ы? Ж-ж-ив? – заикаясь, выговорил он.

– А что со мной может случиться, вот чудак!

– Тебя так долго не было… А я струсил, визжал, как девчонка… И бросил тебя… Теперь ты не будешь со мной дружить, – и он снова заплакал.

– Не плачь! Ты думаешь, я не боялся? Ещё как боялся! – говорил Артур, гладя товарища по спине.

Пит постепенно успокаивался, лишь время от времени всхлипывая, как обычно делают маленькие дети.

Решив, что он наконец успокоился, Артур нарочито сердитым тоном произнёс:

– Одного не пойму, зачем ты сумку-то унёс? Куда я должен был сокровища складывать?! – Пит с опаской покосился на него и осторожно хихикнул. Потом ещё раз, а потом уже оба облегчённо засмеялись, как будто перешагнув через свою неудачу.