Дед Мороз. Заветное желание

Но тогда я был ребенком… Потом казалось, что не найду друзей, что никто не полюбит. Но у меня уже есть близкие люди, которые со мной… Евсей и другие могут не понять, не поверить. И что тогда? Я защищу себя и близких, мы можем уехать. А что, если поймут? Мы же росли вместе, мы одна община! Отец говорил, что и выжил наш народ на Севере только потому, что все держались вместе. Принимают же Марфу и ее чудачества. Буду еще одним местным чудаком.

Сказав последнее, Ваня засмеялся: громко, раскатисто, от души.

– Ладно, пойдем, Резвый, встретим наших.

– Эй, выпусти нас! – закричал главарь Ване вслед, но уже не так дерзко, как раньше.

Мороз не ответил. Он уже шел короткой тропой, которую знал только дед Миша. И наверняка, именно по ней вел подмогу. Вскоре вдалеке послышались шаги.

«Человек пятнадцать, двое впереди. Дед Миша и Евсей».

Ваня тихо засвистел условленным между ними с дедом знаком: «Пусть предупредит там всех, что свой идет», – и бодро зашагал вперед.

Резвый следовал за ним. Так они и появились на тропинке: немного растерянный Мороз и деловитого вида олень.

– Здорово, внучок, – начал запыхавшийся дед Миша. – Вот, подмогу привел.

– Не ушли они? – сразу перешел к делу Евсей.

– Собирались, пришлось задержать.

– Это как? – недоверчиво спросил Евсей.

Мороз переглянулся с дедом. Тот кивнул: выкладывай, мол, как есть. Он подержит, как бы ни сложилось.

– Помнишь, в деревне говорили про мои странности? – обратился Ваня к Евсею.

– Мало ли что люди болтают. Ты это к чему?

– К тому, как я задержал разбойников.

Евсей все еще непонимающе взглянул на Ваню.

– Я заточил их в ледяную клетку.

– Что?! – Евсей было решил, что Ваня смеется, но тот был серьезен.

Теперь уже все мужчины остановились и начали прислушиваться, что рассказывает нерадивый приемный сын Рыбника.

– Я многим из вас кажусь чужаком, – обратился к ним Ваня, – отчасти так и есть.

– Способности, – подсказал дед Миша.

– Да, назовем их так. Только они необычные. Я раньше не знал, как с ними сладить, а потому скрывал ото всех.

– Погоди, то есть когда ты превратил снежок в лед, мальчишкам не показалось? – спросил Евсей.

– Нет, не показалось.