Дед Мороз. Путь Волшебника

У леса деревце молодое попросил и смастерил своими руками, – рассказывая это, Марфа расплывалась в улыбке.

Гребень прялки был украшен необычным узором:

– Это, внучок, круг жизни. Линии разбивают его на времена года, а внутри – месяцы и дни. Всего триста шестьдесят пять. Много веков назад хозяйка судеб точно так же спряла наш мир, а веретено сладил ее суженый. Поэтому и повелось украшать прялки особыми знаками.

Ваня верил ей на слово, не замечая, как над словами Марфы хихикает старший брат. Рыбник постоянно отлучался, поэтому и Митя часто бывал у соседей.

Михаил Николаевич был высоким сухоньким старичком, сохранившим свою черную шевелюру и молодецкую прыть. Рецепт его молодости, как он сам любил говаривать, заключался в лесной жизни. И, правда, дед Миша почти все время пропадал в тайге. А когда был дома, вырезал для Вани маленькие игрушки из дерева: медведей, лисиц и зайцев, но чаще всего оленей. С ними дедушка Миша был особенно дружен.

Когда дед Миша появлялся в деревне, Митя часами просиживал у него и слушал истории о путешествиях и жизни в больших городах. Однажды Михаил Николаевич обмолвился, что умеет читать и писать, и Митя попросил научить его. Все это сначала отвлекало мальчика от грустных мыслей, а потом стало его миром. Оказалось, что у Мити способности к наукам.

…

Годы шли, сыновья Рыбника росли. Ваня из младенца превратился в славного улыбчивого мальчишку. Ему было пять лет, когда он в первый раз понял, что отличается от остальных детей в деревне.

Дело было в середине осени. Деревья уже переоделись в красно-желтые наряды, моряки вернулись из дальних плаваний, а женщины готовились к зимовке. Работы для братьев не нашлось, поэтому они гуляли с соседскими ребятами. Кому-то из старших надоело бегать по дворам и он предложил идти в лес.

– Но детям нельзя одним ходить, – возразил Митя.

– Мы уже не дети. Я с отцом давно лодку сделал и в море хожу. Это ты только книжки читать умеешь. Трус! – сказал Евсей – ровесник Мити, с которым они воспитывались вместе с пеленок, но, взрослея, отдалились.

– Вот еще. Мне совсем не страшно, – на самом деле Митя ужасно боялся, но не мог допустить, чтобы над ним смеялись еще и из-за этого.

– Докажи! – с вызовом сказал обидчик.