Код Рембрандта

– Я рад нашему консенсусу. Поэтому хочу открыть вам передовые данные. Ныне наука, даже не сокрытая от общественности ее ипостась, дошла до такого уровня, когда есть возможность перевести сигналы мозга в словесный, буквенно-цифровой видеоряд. Точнее сказать, можно расшифровать то, что у вас в голове творится, – он улыбнулся, а я иронично поджал губы, посмотрел исподлобья на него.

Он, почти скопировав мою манеру, произнес в низкой тональности:

– То, что вы думаете… мало того, то, что в памяти вашей.

Пару секунд мы молча смотрели друг другу в глаза. Не отрывая гипнотического взгляда, он подытожил:

– И вот тот специалист, который занимался разработками этих методов, который фактически и практически уже достиг успехов, который должен был уже вот-вот опубликовать их, вдруг умирает. Конечно же, это заинтересовало и нашу службу безопасности, и спецслужбы, курирующие нашу службу безопасности. Вот вы и тут.

– В процессе расследования мы столкнулись с очень интересной ситуацией.

А интересной она стала, когда выяснилось следующее… Как вы поняли, к вам я пришел неспроста, – врач откинулся в кресле и настроился слушать. – Наш герой был вашим пациентом.

После услышанного доктор опять вернулся в прежнюю позу: придвинулся поближе к столу, положил одну руку на него, а второй взял очки. Однако они ему не понадобились, по крайней мере для ответа на вопрос представителя таинственной организации.

Я не стал менять интонацию, повел диалог в том же ключе, спросил:

– Такой персонаж, как Чульфа Стефан, вам знаком?

– А-а, вот вы о ком.

Да, был такой клиент. Я для себя отметил его диагноз. Понимаете, люди с подобным диагнозом не принимают такое. Могут стать весьма агрессивными.

– Какой диагноз?

– Я поставил ему теоманию.

Я поднял брови, молча смотрел на врача. Тот понял необходимость внести поправку.

– Это такое расстройство, когда внешне вы ничего особого не заметите. Согласитесь, по таким критериям очень многих можно сюда отнести.

– Я в рамках своей специфики немного осведомлен насчет вашей профессиональной терминологии. Этот диагноз говорит о мании величия?

– Не совсем, хотя есть и такое. Это когда индивид убежден, что он… – доктор взял интригующую паузу, – Бог, – он улыбнулся, – или, более скромно, получил божественное вдохновение на мысли и действия.

Сказанное изменило выражение моего лица, я выразил смех без звука.