Первая формула

Не знал Антуан, что мольбы его вознеслись в ночи и достигли ушей единственного существа, которое только и могло помочь.

Тень Этайнии, вылепленная мною для зрителей, растворилась, а вместо нее на стене появился силуэт высокого мужчины в плаще и капюшоне. Фигура сгорбилась, нависла над передними рядами зрительного зала, и кое-кто отпрянул, ощутив на себе ее взгляд.

Возникший на пороге дома Антуана незнакомец походил на нашего героя едва ли не как родной брат. Правда, черты лица и сама фигура у Антуана были потоньше.

Человек же в дверном проеме сложением отличался крепким и лицо имел твердое. В глазах его во тьме ночи ровным светом горели огоньки. Подстрижен гость был коротко, словно солдат, и бороду носил аккуратную, расчесанную.

– Прости, друг, заблудился я. Увидел поле, а посреди него – твой домик. Прошу у тебя помощи: нужны мне кров и еда, если найдется, и, если не жалко – хорошая история на ночь.

Никому в помощи не отказывал Антуан и посторонился, пропуская странника в хижину.

– Двери мои открыты для всех, кто называет эти земли под солнцем своим домом.

Вижу по лицу твоему и одежде, что ты местный. Прости меня и ты, но не могу тебя припомнить.

Повесил юноша плащ незнакомца на стул подле обеденного стола.

– Спасибо, – поблагодарил его странник. – На самом деле видишь ты меня каждый божий день, Антуан. Присматривал я за этими землями, когда тебя еще на свете не было. И буду присматривать за ними до скончания веков.

Присел гость прямо на пол у очага. Похоже, сейчас что-то будет, решил Антуан.

Я тронул грани материи разума, приказав пламени в очаге умерить свой жар, и таверну начала заволакивать темнота. Публика сбилась в кучки, стараясь держаться поближе к мерцающему огоньку на рукояти моего посоха.

Тяжело сглотнул Антуан, теряясь: как воспринимать слова незнакомца? Кров он человеку предложил и свой долг гостеприимства намерен был исполнить. Собрав кое-какую пищу, молодой человек принес ее гостю.

– Нет у меня больших запасов – беру с поля то, что поспело, однако этого едва хватает, чтобы утолить голод.

– Знаю. Остальное приносит твоя милая Этайния, – кивнул гость.

– И что еще тебе о ней известно? – насупился Антуан.

– Все, – коротко ответил незнакомец, приняв пищу из рук хозяина.

Отпрянул Антуан, когда коснулся тот кисти его. Снизошло на юношу подлинное тепло, что рождается, когда солнце встает в зените. Проникло тепло в грудь, толкнулось в сердце и заставило Антуана замереть на месте.