Первая формула

– Я не о тех маленьких трюках, что способен сотворить твой мальчик. Пойми, у меня совсем другие возможности.

Все замолчали, и я подобрался ближе к краю сцены, откуда разговор было слышно гораздо лучше.

Пауза вышла по-настоящему театральной, когда чувствуешь: вот-вот произойдет нечто решительное, от чего у тебя отвалится челюсть. Например, случится резкий поворот сюжета или раскроется тайна.

Подобного поворота я пропустить никак не мог. Можно назвать мое поведение обычным любопытством подростка – хотя я до сих пор от этого недостатка не избавился – или свойственной каждому человеку любознательностью, однако я должен был все увидеть.

И мне никогда не забыть того, что произошло.

Коли вытянул руку и, схватив незнакомца за шиворот, толкнул его к своим подручным:

– Заберите отсюда этого идиота и дайте спокойно закончить важный разговор с Халимом! Лишние уши нам ни к чему. – Он вновь обернулся к хозяину театра: – Так или иначе, я намерен сегодня прийти с тобой к соглашению.

Глянув на толстого головореза, надежно удерживающего в своих объятиях человека в хламиде, Коли снял с пояса кинжал.

Не слышал, что сказал незнакомец, только видел, как сузились его глаза. Затем раздалось тихое бормотание, которое, должно быть, понял лишь толстяк. Во всяком случае, он развернул своего пленника и уперся глазами ему в лицо. Улыбочка у него была гадкая, словно у жабы.

Человек в хламиде поднял руку и вновь беззвучно зашевелил губами. В воздухе мелькнула искра, и на ладони незнакомца загорелся оранжевый язычок пламени.

Тогда он снова зашептал. Огонек вздрогнул и затрещал, будто готовясь погаснуть, однако невидимая сила поддерживала в нем жизнь. Маленький язычок словно взорвался, став размером с голову толстяка, и затрепетал на ладони незнакомца.

Шестеро находившихся в зале человек зачарованно смотрели на огненный шар.

Коли вытянул руку с кинжалом, направив его в спину волшебника, однако его кисть ощутимо тряслась.

– Давай коснись меня еще раз, и тогда огонь вспыхнет у тебя внутри.

Он перевел взгляд на третьего бандита и воздел руку вверх, будто пытаясь дотянуться до потолка. Снова зашептал. Каменные стены зашатались, вниз посыпалась пыль и какая-то труха, и каждая пылинка засияла, попав в луч утреннего солнца.