Один за другим

Слова произносит, будто медали раздает.

«Ты многого обо мне не знаешь, Ева», – думаю. Вслух же бормочу:

– На уровне школьной программы. Не очень хорошо.

– Ты, оказывается, темная лошадка, – с восхищением говорит Ева.

Она хочет мне польстить, но похвала звучит снисходительно, ведь английский – второй язык Евы после нидерландского, а еще она свободно владеет немецким и итальянским.

Не успеваю я ответить, как микроавтобус останавливается, шины скрипят по снегу. Я выглядываю в окно. Вместо ожидаемого шале вижу темный вход в заснеженный холм и вывеску «Ле фуникулер де Сент-Антуан».

Удивлена не я одна. Приземистый Карл, юрист «Снупа», тоже выглядит озадаченным. Водитель выходит и начинает разгружать чемоданы.

– Дальше пешком, что ли? – не понимает Карл. – Я снегоступы не брал, между прочим!

– Мы отдыхаем в Сент-Антуане 2000, – поясняет помощник Тофера.

Еще в самолете я выяснила, что помощника зовут Иниго. Он американец, блондин и вообще красавец. Отвечает Карлу и заодно обращается ко всем нам:

– Это Сент-Антуан-ле-Лак, вокруг разбросано много поселений, некоторые состоят из двух-трех шале.

Глаза немного привыкают к темноте, и я различаю внутри турникет, а рядом в маленькой кабинке – мужчину в форме; он со скучающим видом рассматривает что-то в телефоне.

– Вот билеты на всех, – добавляет Иниго, показывая пачку бумаг.

Выбираемся из микроавтобуса на мягкий снег. Иниго раздает билеты, мы топчемся на месте, смотрим по сторонам. Я нервно стискиваю в кармане пальцы и чувствую, как хрустят суставы. На часах семь минут пятого, но из-за низких снежных туч небо почти черное. Каждый берет чемодан, водитель замыкает шествие. Ждем в тоннеле. Мне не по себе. Фуникулер невидим, он где-то наверху, о его приближении возвещает гул внушительного стального троса.

– Как поживаешь, Лиз? – раздается за спиной, и я поворачиваюсь к Рику Адейми, финансовому директору «Снупа».

Одно из немногих знакомых лиц – кроме Евы, Тофера и Эллиота. Рик держит под мышкой пустую бутылку из-под шампанского и широко улыбается, выдыхая белое облачко в холодный воздух.

– Сто лет не виделись! – Он хлопает меня по плечу тяжелой рукой.

Больно. Я стараюсь не морщиться.