Жемчужный венец. Книга 1

Им было проще понять друг друга, чем сойтись во мнении с аурами, находящимися в «вечном полете» как физически, так и в работе.

Ауры чаще всего были музыкантами, шоуменами, композиторами или артистами. Их руки не могли поднять ничего тяжелого, крылья были хрупки, а тела изящны. Сабы и краки приходили на концерты к аурам, но редко считали возможным сотрудничество с ними.

Пролетая над нижней деревней ауров, которая, как и другие колонии, была расположена на огромном дереве конво, Наим чуть не задохнулся от горя.

На его больших глазах засверкнули слезы. Дерево рухнуло, все гнезда были разрушены, на земле валялись трупы детенышей и разбитые яйца. Он увидел, как гусеницы с большими клешнями и черными телами доедают трупы и поглощают оставшиеся яйца.

Наим судорожно вздохнул и в бессилии сжал кулаки. На месте процветающей деревни сейчас жуткий пир для падальщиков. Конечно, взрослые обычно успевали улететь, но крошки детеныши в чем провинились перед Вселенной? За последнее время третья деревня погибла, неужели это не закончится?

Затем он почти прокричал, обращаясь к заказчику, и давнему компаньону, который сейчас появился в его воображении:

– Ролем, как в этом мире писать музыку? Какое творчество?! Здесь я слышу только стон и крики боли.

Конечно будет творческий кризис! Кажется, и я с ними умираю…

Наим сглотнул слезы, отмахнувшись от образа в воздухе, и рванул в долину со всей скоростью, на которую был способен. Слезы соскальзывали с уголков его огромных глаз и улетали, растворяясь в воздухе.

Ближе к городу он пролетел над деревней зелеконцев. Эти существа Тифера были более понятны аурам. Обычно они работали дизайнерами, многие художники Тифера были зелеконцами. Эти существа имели тонкие руки с красивыми и длинными пальцами. Они не могли пахать, но создавали удивительные картины из домашних цветов. Эта деревня у озера была пуста. Все жители ушли в город в поисках пропитания. Неизвестная болезнь погубила озеро и все, что к нему прилегало.

Опять боль, голод, опустевшие дома. Аур рванул дальше, чтобы не видеть картины смерти. Безмолвие угнетало и давило.

Когда молодой аур устал, он замедлил полет.

Замедлившись, Наим вдруг услышал странные звуки и повернул сначала одно воронкообразное ухо с заостренным верхним концом, затем другое. Мертвая тишина ожила и постепенно наполнялась, пусть даже очень тихой, но музыкой. Теперь он точно знал, откуда звук. Источник в городе, находящемся за пару миль.