Планета исполненных желаний. Книга 3

Если бы у шепоны были губы, они бы сейчас надулись как у капризного ребенка, но рептилоидам подобное было недоступно,

Сначала Шоф хотел сказать все, что думает о своей эгоистичной и капризной жене, но потом решил промолчать. Шепона никогда не прощала даже маленьких ошибок. Иногда Шофу казалось, что в голову его жены кто-то вмонтировал записывающее устройство, которое реагирует, включая запись на малейшие его ошибки, но никогда не включается, если он что-то попросит, даже мелочь. То, что Жумат не подумала предложить мужу сумку на колесах, чтобы он мог привозить домой продукты из магазина, не удивило его, но обидело.

Теперь они, наконец, смогут взять больше необходимых вещей для дома, если успеют.

– Жумат, ты можешь поторопиться? Когда я уходил из магазина, там уже многого не хватало.

– А может тогда нет смысла идти? – шепону казалось, что жена даже обрадовалась.

– А где ты потом будешь еду искать? – терпение Шофа готово было лопнуть.

– Ну… – протянула женщина – ты же у нас должен приносить все домой, а я – готовить.

Шофу хотелось заорать, что он почти всегда вынужден есть в общепите или готовить себе сам, и жена почти никогда не выполняет того, о чем только что сказала, но только сжал зубы. Жумат явно ищет предлога изобразить обиду и не пойти. А Шоф прекрасно понимал, что потом пищу взять будет негде. И неизвестно сколько времени Тифер будет восстанавливаться после отлета других существ и восстановится ли?

– Если сейчас не запасемся, потом негде будет брать – изображая повтор на сиктоне повторил шепон.

Наконец шепона показалась из чулана, выкатывая за собой легкую, объемную и удобную сумку на колесах. Шоф скрипнул зубами, увидев, что у них стояло два года в чулане, когда он со своим слабым здоровьем, таскал сумки из магазина каждый день. Жумат не любила, когда ее муж заглядывал в чулан или в ее шкаф. Она установила правила в доме со дня их свадьбы, которое можно было озвучить так: «Все твое – наше, а все мое – это мое личное».

– А чемодан? Ты же вроде говорила, – напомнил Шоф.

– Там, на полке возьми. Он для меня тяжелый – отмахнулась шепона, не спеша направляясь к двери.

Шоф сжал кулаки и пошел в чулан.

– Только не трогай все остальное – напомнила жена – нечего даже разглядывать мои вещи.

Шоф не мог понять, почему раньше он намного более спокойно относился к ее выходкам и характеру.