Найди путь к своей звезде. Книга 2

Прекрасно ориентируясь в темноте, она понимала свои преимущества перед преследователями, и воспользовалась ими. Время и фактор неожиданности пока были на ее стороне. Иногда останавливаясь лишь на несколько минут, Тина прислушивалась. Тишину ночи нарушали только крики ночных птиц и лесные шорохи, в стане врагов ее исчезновение еще не обнаружили. Через некоторое время свет костров скрыл холм, Тина еще ускорила шаг.

Женщина шла всю ночь, она знала, что дикари ночью не отойдут далеко от лагеря, днем же могут начать активные поиски.

Возможно, ее вовсе не станут искать, ведь лес кишел дикими зверями, а дикари не могли знать о том, что со зверями Тине легче договориться, чем с топико.

В полдень наступившего дня Тина шагала уже по знакомой местности. Еще полдня пути и она увидит крепость, что ждет ее там? «Может быть, Магир еще не вернулся? Или дикари оставили кого-то из своих? Но это мало похоже на правду» – Не зная, что будет делать дальше, Тина все же прибавила шаг. Уже половина третьего дня подходит, отряд может не успеть освободить своих, что же делать!?

Вдруг она услышала приглушенные голоса, Тина мгновенно спряталась среди зарослей.

«Кто придумал эти несуразные яркие платья, в них невозможно скрыться в лесу» – мелькнула мысль.

Соблюдая все средства предосторожности, по лесу быстро двигался большой отряд воинов. Тина издалека поняла – они не завоеватели, это свои. Теперь она осознала всю опасность своего положения – на ней платье женщин дикарей, нестирающийся, выколотый знак на переносице говорит о ее принадлежности другому мужчине .

... Вдруг вместо радости встречи со своими, в душу закрался страх и предчувствие беды. «Может вернуться?» – промелькнула мысль. «Но это будет еще хуже…».

Вспомнился закон лесных племен, который заставлял ее всегда содрогаться. Девушек, ставших наложницами или женами, оставляли их новым мужьям, при завоевании лагеря. Но женщину, согласившуюся стать наложницей или женой захватчика, отнимали (если находили и могли отвоевать). После этого, раскаленным мечем, ей выкалывали глаза, и она, живя с мужем в одном доме, оставаясь на его содержании до смерти, считалась умершей.

Муж ее считался вдовцом, если не было других жен.

Мороз пробежал по коже от этих мыслей. «Может быть, вернуться к своим в деревню родителей? Они примут, и не дадут в обиду. Но тогда все женщины крепости подвергнуться этой участи, на самом деле пережив весь позор и ужас насилия со стороны дикарей и мести со стороны своих мужей.