Иисус и Христос

То есть ты считаешь, что в некоем мире, в твоем мире, произошедшее имеет первичную основу и с него как бы все миры скопированы?

– Вот как бы так.

– Ну и бог с тобой, – ответил Рутра в его же манере. – Надеюсь, ты понял это выражение. Мне почти все равно. Главное, чтобы расхождений радикальных не было.

– Пока не заметил. Я тут уже раз третий.

– Во как. И что тебя интересует из истории Земли?

– Собственно, все, что касается миссии.

– А те, кто тебя отправил сюда, чем по большей части интересуются?

Раввин снова прошел несколько шагов, смотря себе под ноги, видимо, эта манера была в привычке этого тела, задумчиво посмотрел на Рутру, ответил тихо, почти с опаской:

– Их интересует… – снова молчание.

– Ну? – не выдержал Рутра и с нетерпением стал смотреть на него.

– Их интересует, – с осторожностью, как будто подбирая слова, произнес собеседник, – реально ли умер Иисус на кресте.

– Вот те на! Круто в вашем мире… или не все в порядке в датском королевстве.

– Что?

– У вас такого нет?

– История Гамлета?

– Да, – ответил Рутра и в тот же миг понял абсурдность такого ответа, ведь «бедуин» понял, раз упомянул героя романа.

– Миры практически идентичны.

– Оно так и есть, раз мы без проблем вселились в эти тела.

– Увы, не скажите. Бывают такие курьезы, – раввин покрылся стыдливым румянцем.

– Да ладно? Это уже интересно.

– Давайте по миссии. Признаюсь, я застреваю в мирах на годы – и никакого толку. Не могу точно выяснить. То моего персонажа убивают, то не могу вселиться в нужного персонажа… Знаете, что на этот раз произошло? Я, получив сигнал от вашего Рангита, много раз настойчиво просил вас вселить в нужного персонажа.

– О как, – Рутра усмехнулся, – а чего в нем такого? – задорно сказал он.

И внезапно стал серьезен: «Значит, внушил образ этого персонажа и всю обстановку мне и постановщику сцен наш Рангит. Ах вот оно что…» И тут же после этого подумал о сказанном, косвенном откровении этого ИскИна, о конфликте интересов между андроидами и людьми.

– Вы себя не видели, – твердо сказал рабби, прервав его раздумья.

– И кто же я?

– Вы такой же рабби, как и я, правда, одежда на вас другая. Вы маскируетесь от тех же политиков.

– А че так?

– Долгая история.