Иисус и Христос

В миру он являлся экспертом музейных ценностей античной эпохи сети объединенных музеев Гуггенхайма.

– А-а… я хотел сказать о святой мощи, вернее, о мощах святых.

Служитель церкви опять замолчал, видимо, хотел выяснить, удовлетворил ли его ответ вопрошающего. Выяснил он или не выяснил – этого мы не знаем (Рангит не включил в отчет ничего по этому случаю), однако, видимо, его святейшество решило: не вполне. Это было ясно из последующего его высказывания.

– Вы можете считать иначе… или, может, вам будет не очень приятно слышать то, что я хочу сказать… – он опять сделал паузу, посмотрел на Урана.

– И все же? – поняв ожидание своего одобрения, спросил специалист по античности.

– Есть такая святыня, как обрезанная крайняя плоть Иисуса.

– Знаю, вот бы на нее посмотреть, – к всеобщему удивлению озорно сказал тот.

– Об этом как-нибудь потом, – смущенно ответил Номор. – Я бы пока хотел исчерпать тему рождения от Святого Духа. Этот миф, – его можно назвать мифом о рождении от Святого Духа, – встречается не только в популярных статьях богословов, но и у серьезных ученых.

И это понятно – непорочное зачатие является чудом, сверхъестественным вмешательством, и если человек придерживается мировоззрения, в котором нет места ни Богу, ни каким-либо его действиям в мире, то он неизбежно будет отвергать любые свидетельства такого сверхъестественного вмешательства. Он будет просто вынужден искать какие угодно объяснения имеющихся свидетельств, кроме самого прямого – чуда. Попробую объяснить, кому выгоден этот миф.

– А почему вы считаете, что именно ваше мировоззрение правильное? – спросил, предварительно подняв руку, Уран. – Почему вы считаете, что миллиарды людей ошибаются? Я вот полагаю, что именно вы заблуждаетесь и вас нужно спасать.

На такое обвинение Ффитноп отреагировал так, как и положено было человеку его призвания, – спокойно. Вернее, он ответил зеркально, в той же манере – проигнорировав высказывания, просто продолжил свое изложение:

– В развитии мифа большую роль сыграл либеральный протестантизм: столкнувшись в XIX–XX веках со все более скептической, материалистически настроенной культурной средой, некоторые богословы решили, что хорошей идеей будет начать приспосабливаться и как-нибудь затенить некоторые библейские чудеса, которые вызывали особенные насмешки неверующих.

Впрочем, они вызывали насмешки и в древности. Однако, как ни крути, то, что материализм мог быть популярен, никак не доказывает его истинности.