Бинарный код Mystery Number Zero

Открылась дверь, заглянул мужчина в униформе.

– Помощь нужна? Или все спокойно? – спросил он женщину.

– Вы будете себя хорошо вести? – обратилась она к Рутре.

– Да, – недовольно ответил он.

– Если что, я позову, – сказала она мужчине в дверях. – Я следователь Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве.

У Рутры поднялись брови от такого поворота событий.

– Органами Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве расследуется уголовное дело по факту убийства граждан государства Судан.

Кровь прилила к мозгу Рутры, нервы натянулись как струны, появилась боль в голове, все тело ломило. Он не на шутку заволновался, поэтому стал даже заикаться.

– А где я нах-х-хожусь?

– В Бутырской тюрьме. СИЗО 48/2.

– Это тюр-ре-ре-мная камера? – спросил Рутра.

– Не совсем, – стала пояснять она. – В бутырке размещаются психически больные заключенные, следующие через столицу этапом, их привозят из разных концов страны на судебно-психиатрическую экспертизу в Институт Сербского.

– Я психически больной?

– А Вы считаете, что нет?

– А как я с-сюда попал?

– Вас нашли в бессознательном состоянии, когда оперативники накрыли наркопритон. Вы были в наркотической коме.

– А почему я подозреваемый? С чего Вы взяли, что я у-у-убил кого-то?

– Вы сами это говорили, в бреду. Тела убитых нашли, место сообщил анонимный источник.

Рутра понемногу стал понимать, что происходит, слегка успокоился и бодро сказал:

– Уважаемая, как Вас зовут?

– Костина Ольга Михайловна. А Вас? При Вас не было документов.

– Рутра Тигрович Пасхов, – уверенно ответил Рутра.

– Ну да, Вы уже это говорили, но мне нужно знать настоящее имя, – с явной неприязнью ответила она.

– Говорил?

– Периодически Вы выходили из комы и отвечали на вопросы.

– Да? И что же я говорил?

– Особо ничего, только называли имя, фамилию и отчество, а еще требовали встречу с начальством, вели себя очень надменно и агрессивно.

Рутра понял, что это «развод» или очередная проверка. Такое он заявить не мог, даже в коме, потому что для защиты от этого все сотрудники его уровня подвергались специальному гипнотическому программированию.