Бинарный код 1. Центр «Зеро»

За годы он многое понял, а именно то, что та система, в которой он находился, – это не то, что представляют о ней рядовые граждане, и не то, что они представляют о спецслужбах. Он был в системе, где надо было скрывать правду даже от самого себя. Иногда он так вживался в роль, что ему казалось, что он и есть тот человек, легенду которого он носил. Юрий Васильевич пока был для него чужим человеком. Кроме того, весь этот случай мог быть очередной проверкой.

Рутра сделал удивленное лицо, будто не понимал, о чем идет речь.

– Я понимаю, что молчишь в целях безопасности. Понимаю, что именно фамилия не соответствует, у меня глаз наметан. Понятно, что она не соответствует твоему происхождению. Но отчество-то зачем такое брать? – то ли интересовался, то ли допрашивал Юрий Васильевич.

Рутра был удивлен.

– Я первый раз такое слышу.

– Понятно, школа. Уже то, что ты здесь оказался, говорит о многом, но боюсь тебя разочаровать. Думаешь, здесь будешь заниматься тем, чем занимался там?

– Понятно, что нет.

– Та задача сейчас не менее важна.

– И чем же я занимался раньше? – расхрабрившись, спросил Рутра, хотя в душе испугался.

Это было то же самое, что сказать, что Юрий Васильевич не владеет ситуацией. Юрий Васильевич был в звании полковника, это было понятно по фотографии, висевшей на стене. На ней он стоял в обнимку с президентом, что говорило о его высоком статусе. Разрядил ситуацию Александр Иванович:

– Может, чаю попьем, Юрий Васильевич? Он немного «залипает»… Я тебе потом все расскажу.

Юрий Васильевич встал, открыл сейф, замаскированный фотографией, и достал бутылку коньяка с изображением Черчилля. «Попить чай» в кругу особо одаренных спецов означало попить чего-нибудь покрепче.

На другом снимке Юрий Васильевич был молодым. Он сидел за столом в компании пограничников. Опытный взгляд Рутры заметил, что они сфотографированы на фоне карты Закавказья.

Юрий Васильевич достал из холодильника тарелку с нарезанной колбаской и малосольными огурчиками, маслины, несколько бутылок минеральной воды «Серебряный ключ».

– То, что ты любишь, – сказал он и показал бутылки Александру Ивановичу.

– Это подарок от него? – спросил Александр Иванович.

– От самого!

Рутра не понял, кого они имели в виду, но, судя по их многозначительному виду, коньяк подарил то ли сам Черчилль, то ли тот тип, что был на фото. Юрий Васильевич откупорил бутылку, разлил в хрустальные рюмочки, поднял свою и сказал:

– Ну, чисто по-нашему.