Светорожденные. Предвестники бури

Вы спасли мне жизнь!

Девушка никак не ожидала подобного, оттого замерла с набитым ртом и выпученными глазами, попыталась проглотить ситуацию. Огненный рарог, что заприметил происходящее слишком поздно, удрученного завыл.

– Встаньте! Вы меня смущаете, – приказала она, свой голос услышав издалека.

Он тем временем порылся в балахонах и выудил оттуда крохотный кинжал. Подхватив ее руки, альв вложил его в ее ладони.

– Сей дар мой вам – Дэгриль. Примите его от меня, как подарок от всего темного альвийского народа.

– Что вы! – отмахнулась волшебница. – Оружие? Оно ведь не отсюда, верно? Я не возьму…

– Возьмете, – улыбнулся он. – Отказ не принимаю!

– К чему оно мне? – спросила волшебница, сдаваясь.

Альв обратил взгляд к Тинк-Кросс, что стелился за окном под слепящими лучами илиуса.

– Руне предстоит пережить трудные времена, – сказал он. – Вы лучше меня знаете, весь запад сейчас в огне. Вода тушит огонь, но ненадолго. Скоро пламя достигнет берегов востока, и тогда нам уже не спастись. Мы все будем бороться либо на стороне тьмы, либо на стороне света.

Некогда темные альвы были предсказателями. Мог ли незнакомец видеть будущие? Скорее всего, нет. Как и все существа Семимирья, темные альвы многому разучились по прошествии тысяч беззаботных лет. Они стали более приземленными и их дар рассеялся.

– Вы намного сильнее, чем кажетесь, – продолжал он, бросая смешные взгляды на амулет. Элин очнулась от раздумий. Голову словно опустили в ледяную воду. «Он знает. Откуда? Откуда он знает о моих силах?» – закричало все.

Для народа она была простым магом – маруном, способным управлять магией лишь с помощью безделушки в роде амулета или посоха. Но на самом деле Элин Джейн могла создавать прекрасную, по своей красоте, и ужасную, по своей силе, магию без проводников. Те силы, что подарил ей Создатель иль кто-либо еще, были опасны не только для нее самой, но и для окружающих. Никто не должен был знать, кто она на самом деле, ведь она – такая же, как и он, такая же, как Хедрик. Она – волшебница.

Юлий был единственным человеком, знавшим о ее тайне. Когда ему стало известно, что Элин обладает своей собственной интуитивной магией, он испугался. Для других она бы вынуждена была принять одну из двух крайностей: стала бы идолом победы и отверженной борьбы за освобождение, или обратилась бы в жертву ненависти, обращенной на другого, но отданной ей. И того и другого Юлий допустить не мог, ведь для него она стала кем-то больше, чем просто помощницей.