Светорожденные. Предвестники бури

– И нет, мне не стыдно ни за мои слова, – безразлично продолжала волшебница, – ни за то, что я собираюсь сделать. Ты еще кроха, но ты здесь, а значит должна знать правду. Пусть даже если она ужасна. Ты должна остаться.

Хватая слезы руками, Ольна взмолилась:

– Прошу, умоляю, возьми меня с собой! Не оставляй меня здесь! Я хочу домой, к маме. Она там совсем одна. На Земле ведь тоже война! Я должна быть рядом, я обещала папе защитить нашу семью! Как же теперь я выполню свое обещание?!

– Разве тебя не учили не давать обещаний, которые ты не сможешь сдержать? – сухо спросила Элин, пытаясь не обращать внимания на чужие слезы, медленно опустила глаза и недовольно осмотрела дырявые рукава своего тюремного балахона.

– И что же теперь?

– Мне очень жаль твоих родных, – безразлично сказала она, хватая пальцами серые нити, – но они сами виноваты в том, что случилось и что случится.

Ольна поняла, что вот-вот на нее нахлынет истерика. Девочка упала на сено, разбросав соломинки, и зарыдала. Элин прикрыла уши рукой.

– Хватит рыдать, кроха! Твои слезы подпитывают хранителей!

Ольна не прекращала. Стоны становились тяжелее, вздохи громче и отчетливее.

– Ладно! Ладно! – не выдержав, волшебница резко опустила руки, отчего по полу разошлись снежные круги. – Я подумаю о твоем освобождении, только замолчи, и без тебя голова раскалывается!

Ольна резко замолчала, подняла глаза к девушке, улыбнулась.

– Однако доколе о нем и речи быть не может: для меня ты незнакомка, – грубо отмахнулась она, недовольная своим решением. – Впредь делай то, что я тебе прикажу и, может быть, я возьму тебя с собой, если, конечно, сама выберусь, – девушка повернулась к Ольне спиной и пробормотала себе под нос непотребные ругательства.

Комната резко наполнилась тьмой, илиус скрылся за океаном. Ночь приближалась. Северные горы покрылись туманом, медленно подступающем к башне волной белого пара.

– Что мне делать? – прошептала девочка, будто ее подслушивали сотни ушей. Она всегда боялась темноты, но с приходом сюда, на Эйлис, этот страх пропал. Она привыкла к нему.

– Ничего, – послышался голос из мрака, – пока ничего. Мне нужен свет, иначе обряд не совершить. Я вызову полымя.