Светорожденные. Полымя

Он желал этого больше, чем победы над Эйлисом, больше чем чего-либо еще. Илус же был рад тому, что дети Гомена Трокториума, наконец, вернулись. Он, как никто другой, знал о пророчестве, что было написано во все тех же дополнениях к летописям Эры Зеркальных Переходов и говорило о том, что мир будет спасен от Хаоса первым ребенком Нэдена, пришедшим с дальних межзвездных путей.

– Боттер! – рявкнул Хедрик, от чего стоящий за его спиной слуга чуть было не упал вниз по лестнице.

– Да, мой алакс? – заикаясь, откликнулся он, хватаясь руками за стену.

– Расскажи в подробностях все, что тебе доложили про сбежавших.

– В темнице было две пленницы, мой алакс, – начал Кнат, шатаясь из стороны в сторону. – Одну привезли за день до побега, вторую еще за месяц до этого. Волшебница и приведенная, мой алакс, – Элин Джейн и Оленфиада Торбиум. В их комнате были найдены руны и открытый люк, ведущий к златоцветным вратам. Как пленницы смогли получить нужные ингредиенты для знаков – для всех загадка. Кажется, это дело рук Второй.

– Его ищут? – безразлично спросил Хедрик.

– Если мой алакс посчитает нужным, – ответил Боттер. – Он клейменный, так что рано или поздно вернется в Дарк.

Хедрик перебил Ботта восторженным возгласом:

– Понимаешь, Илус? Все указывает на нее!

– Но делис…

– Делис тут абсолютно не причем! Он был снят ею самой! Обычный марун никогда бы такое не сделал, а ваттер – с легкостью.

– Но что, если не она носитель эликсира? – усомнился Илус. – В те времена, когда вы…

– Я не проверял ее на Эйдэне, – отсек Хедрик. – Я тогда только начинал свой путь. Ничего об этом не знал. Элин всегда была для меня темной лошадкой. О ее семье мне было ничего неизвестно. К тому времени, когда я занялся Светорожденными основательно, ее уже не было в живых… по крайней мере, я так считал.

– А что насчет приведенной? Оленфиады Торбиум? – недоверчиво спросил старик, вытирая оправу очков рукавом.

– Она лишь заложница удачно сложившихся обстоятельств. Я лично проверял ее Эйдэном как только мы переступили зеркала. Ничего. В ней даже намека не было на маруна, в крови не оказалось даже сотой доли альвиона. Она – мой худший экземпляр приведенного с Земли анурана.

– Почему же вы ее не уби… освободили?

– Не знаю.