Постыдное ремесло

А что делать остальным?

– Мы армия Анфии! – ответил Улфред – Другие земли пусть думают о своей защите сами.

Генерал не возразил, но недовольно поджал губы, и Тобиас продолжил:

– Если отвести армию, темные полезут с удвоенной силой, и небольшие отряды их уже не сдержат. Пока наша основная задача – не допускать выхода больших волн темных. Что же касается их просачивающихся отрядов – надо искать решение. Но, армию от разлома убирать нельзя!

К маршалу подбежал штабной офицер, и вручил пакет, на котором красовался герб Анфии.

– Личное послание от Его Величества, Джайлса Четвертого! – доложил штабной.

Улфред открыл письмо, прочитал, и устало улыбнулся.

– Его Величество просит меня прибыть на турнир! – сообщил он генералу.

– Так отправляетесь, милорд! – произнес Коннал – Мы справимся.

– Нет! – покачал головой Тобиас – Турниры меня не прельщают. А вот отпустить на состязание нескольких желающих воинов, любых званий и сословий, вполне можно.

– Многие желают! – заметил генерал.

– Пусть тянут жребий! – велел маршал.

Только он имел право не являться на Празднование Дня Рождения Императора, и вообще – отказывать ему в просьбах. Вот если бы Джайлс приказал – командующий Улфред приказ бы выполнил.

… Наконец, приготовления закончились, семья Финли уселась в карету с гербом – скрещенными шпагами, и отправилась в столицу Афнии, Кармию, на Большой турнир.

Не успели отъехать от поместья, как обнаружили на дороге карету, съехавшую одним колесом в канаву. Кучер пытался ее вытащить, дергая коня за поводья, но упрямая лошадь мотала головой, и не двигалась с места.

Узрев эту картину, Финли переглянулись. Их экипаж остановился, графиня покачала головой и вздохнула,а граф, полноватый немолодой мужчина с рыжеватыми кудряшками на голове, недовольно поморщившись,вышел на дорогу.

Компаньонка маркизы принялась объяснять графу, что случилось, а Скин, едва присев перед ним в приветствии, подбежала к карете со шпагами.

– Ах, Деми! – воскликнула маркиза, схватив ее за руку – Ты не представляешь…

– Алекс уже уехал!– перебила ее миледи, и увидев огорчение на лице Элоизы, добавила – Пять монет! И побыстрее – карету уже вытащили!

И показала на финлевского кучера, который с легкостью освободил застрявшую повозку, приподняв ее за угол.

– Было же три! – возмутилась Скин.