Империя. Наложница

Но, похоже, кроме меня никто его не понимал – люди теснее сбивались в кучу, и не думали вставать. Дикарь разозлился, и принялся хлестал всех подряд, без разбору, кнутом. Рабы – а мы уже ими стали – огласили опустевшую улочку воплями боли.

Я знаю, что такое удар кнута, поэтому быстро вскочила и замерла – построилась. Но, на мое послушание не обратили внимания – кнут задел плечо, будто обжег.

Взвизгнув, я закричала по ассински, не уверенная, что рабы поймут:

– Встаньте и постройтесь! Иначе, нас забьют!

Голос у меня был приятный – ну, хоть в этом повезло.

Может, и зря я вылезла – богундцы обратили на меня внимание, что не хорошо.

Люди поняли, хотя и не сразу – от испуга и шока они плохо соображали. Мне пришлось повторить, рабы начали вставать, и пристраиваться ко мне. При этом, выяснялась еще деталь – я была очень маленькая. Очень худенькая, и маленькая ростом, почти, как ребенок. Хотя, подростком точно не была.

Наконец, рабы построились, и их быстро связали, попарно, нога к ноге.

А пары соединили другими веревками, образовав шеренгу.

Меня не связали.

– Пошли! – рявкнул богундец пленным, показывая кнутом, куда идти.

Я перевела, и повторила жест варвара, показывая направление.

Рабы тронулись шеренгой.

Талию захлестнула веревка, и меня опять потащили за лошадью, на этот раз, не быстро, и я, торопливо, пошла следом за конем. Рабы тащились за нами.

Мы прошли по улице, свернули на другую. Это был город, обычный для империи, с одно-двухэтажными домами, стоящими напротив друг друга, теперь полуразрушенными.

Вокруг все носило следы нападения богундцев – на мостовой валялись трупы, в основном, мужчин, а многие из поврежденных зданий горели. И тишина, только звякали, по камням, подковы коней, да шаркали ногами, охали и стонали, рабы. Тишина… Похоже, живых в городке не осталось. Или они спрятались, затаились.

Понятно, что это не Богунд – в степи нет городов. Наверное, мы в Ассине, потому что люди знают этот язык, хотя вопили и причитали они на незнакомом.

Ассин – это хорошо, быстрее доберусь до столицы, когда сбегу.

Но! Если богундцы напали на один из городов империи – значит, между ними война? Боже! Что же случилось? И что с Дени?

И еще. Раз это не Богунд – нас туда, в степь, и поведут. А это ужас как далеко! И идти придется пешком!

Но оказалось, за городом степь, во все стороны. Может, и Богунд… Или граница с ним, там такие пейзажи.