Империя. Фаворитка

Наконец, он отстранился, оглянулся на слуг, которые отвернулись и рассматривали замок, тоже, кстати, выглядевший заброшенным и обветшалым.

Я приготовилась продолжать соблазнение милорда, однако, он произнес, хриплым от страсти голосом:

– До столицы два дня пути. Ты не сможешь столько провести в седле, практически, без остановок – отдых только на ночь!

– Выдержу! Я сильная, и выносливая! – воскликнула я, обрадованная, что Бренсон так быстро сдался, и умоляюще продолжила – Рауль! Я смогу!

– Найдите для миледи мужскую одежду! – крикнул маршал слугам.

Глава пятая

Императрица Франческа, менерийка, невысокая – как и все представители Менерии – хрупкая и изящная, словно фарфоровая статуэтка, быстро шла, сопровождаемая едва поспевающими за ней фрейлинами, по Присутственному залу, в котором толпились, в ожидании аудиенции правителя, многочисленные придворные. При появлении императрицы они склонились в поклоне, Франческа же не обращала ни на кого внимания – она была в ярости, и двигалась так быстро, что шлейф-накидка ее тонкого шелкового наряда колыхался и реял, как от порывов ветра.

Франческа не была красавицей – ее нос, с легкой горбинкой, казался великоватым, по сравнению с маленьким лицом с тонкими губами. Однако, она выглядела много моложе своих лет, и имела белоснежную гладкую кожу, кажущуюся атласной, без единого намека на морщины.

Франческа пронеслась по этому залу, миновала другой и третий – слуги едва успевали открывать перед ней двери – и влетела в покои императора Калвена, который стоял, с задумчивым видом, перед водруженным на подставку портретом девушки в диадеме.

– Так это правда! – воскликнула императрица, и, от гнева и быстрой ходьбы, возглас получился визгливым.

– О чем вы, моя дорогая? – насмешливо изогнул бровь император, мужчина лет за шестьдесят, с седыми прядками, мало заметными в светлых волосах, но белеющими серебристыми полосками в более темной бороде.

Франческа взглянула на портрет девушки, и поморщилась – девица была похожа на покойную принцессу Бельрин, вспоминать о которой императрице было неприятно.