Пурпурный рассвет. Конфликт

Пленник, серый от страха и ужаса как окружающий его бетон, лихорадочно попытался кивнуть, но скотч удержал голову на месте.

9 июля

7.46 по московскому времени

Поселок Текос

– Вертолеты, это очень хреново. – Сказал Тимур, ковыряясь вилкой в омлете из яичного порошка. – У них всякого оборудования напихано, и тепловизоры, и радары. Вооружение очень мощное. Я в детстве играл на компе в игру, «Ка-50 Черная акула» называлась. Если в реальности у них хоть часть такой мощи есть, то это просто летающие танки.

– Если с наземной техникой хоть немного, но знаем, что делать, то вертушки для нас – темный лес. – Князев отхлебнул кофе и поморщился – терпеть не мог вкус порошковых сливок. – Кто-нибудь знает, как от них маскироваться?

– Я знаю. – Ответил Стив. – Точнее у меня по любому есть инфа об этом.

– Надо название придумать. Раньше было «загуглить», теперь будем говорить «запрайсить» или «застивить». – Джавид Сидел рядом с девочками и пил детский яблочный сок из квадратной пачки через трубочку.

– Мне ночью не спалось, рука болела ужасно, голова не меньше. Думал о том, что делать дальше. И кое-что придумал. – Саша отодвинул кружку так и не пересилив неприязнь.

– Может не ломать голову и дернуть туда, где теплее? Мы вообще в Турцию ехали – море, песочек, солнце. Подальше от всего этого де… – Джавид покосился на детей. – От неприятностей.

– Ну смотри, – Князев откинулся на спинку. – Уедешь ты, покайфуешь несколько лет. А дальше что? Думаешь эти мрази будут сидеть как локальные царьки, когда планета завалена бесхозными богатствами? Сильно сомневаюсь.

Через пару десятков лет они колонизируют всё, до чего смогут дотянуться. К этому времени подрастет новое поколение, не знающее прошлого мира, и не известно, какими моральными ценностями их будут пичкать. Велик шанс, что тебя, уже с отросшим пузом и сединой в волосах, лежащего на пляже Анталии, застрелит пятнадцатилетний сосунок, просто потому, что ты ему не понравишься.

– А ты что предлагаешь? – Джавид нахмурил брови, ясно представив себя лежащим на шезлонге с дырой в голове.

Князев посмотрел на Женю. Девочка осторожно набирала в ложку геркулесовую кашу и отправляла в рот, не понимая, о чем говорят взрослые. За себя переживал несильно, но очень хорошо помнил эмоции, которые испытал по дороге из Москвы, когда малышка рассказала о своем прошлом. У нее просто обязано быть счастливое будущее, без смертей, перестрелок, похищений и убийств. Во всяком случае, он всё для этого сделает.