Пурпурный рассвет. Эпидемия

Силы покидали с каждым шагом, ноги не слушались, и колени так и норовили подогнуться. К концу второго квартала подходил, опираясь рукой на стену. До дома еще почти километр, чертовский длинный километр. Выбора не оставалось, и он подошел к проезжей части с поднятой рукой. Как того и ожидал, машина остановилась почти моментально, старенькая, со следами ржавчины, вазовская «семерка». За рулем сидел мужчина средних лет, явно гость из ближнего зарубежья. Он неспешно нагнулся через пассажирское сидение и приоткрыл заднюю дверь.

– До Сиреневой семнадцать сколько возьмете?

– Пятьсот рублей, – мужчина говорил с очень сильным акцентом, Стив даже не сразу понял, что он сказал.

– Сколько? Да тут ехать километр, двести максимум.

– Э-э-э. Ну, давай триста, а?

– Да какие триста, я же говорю двести, больше не дам.

–Ладно, садись, поехали.

Закрыв дверь со второй попытки, опустился на просиженное сидение. В салоне пахло табаком и грязным телом. Прохрустев коробкой передач, машина неспешно отъехала от тротуара.

Уже через несколько минут остановились возле нужного дома. Стив спешно сунул две купюры водителю и как можно быстрее выбрался из «ароматной» машины.

В квартире сразу растянулся на кровати, давая утомленному организму хоть немного прийти в себя. Сильно болевшие от яркого уличного солнца глаза наконец-то расслабились в приятном полумраке спальни. В таком состоянии он мог сейчас пролежать, наверное, неделю. Каждая клетка тела благодарила за эти мгновения полного бездействия.

Наслаждаясь состоянием, не заметил, как провалился в сон.

Проснулся ночью. Первые мгновения не мог понять, сколько сейчас времени и почему так темно. Только посмотрев на экран мобильника, понял, что проспал почти весь день. Дышать тяжело, язык распух и прилип к пересохшему небу. Боль в голове пульсировала в такт биению сердца и усиливалась с каждым движением. Простыня пропитана потом насквозь. От былого чувства расслабления не осталось и следа. Кое-как добравшись до ванной комнаты, согнулся над унитазом в приступе рвоты.

Желудок пуст, и его выворачивало горькой пенной с неприятным запахом. Непослушный градусник только с третьей попытки вылез из чехла.

– Черт, какой холодный, – почти закричал, засунув градусник под мышку.

После пронзительного писка, посмотрел на маленький экран.

– Сколько? Не может быть, – Стив, не поверив, еще раз засунул градусник, но тот не врал. Температура действительно была тридцать девять и девять.