Пурпурный рассвет. Эпидемия

– У нас тоже друзей много, и тех, кого с детства знаем, но чтобы так помогли… Даже не знаю, вряд ли, – Юля задумчиво посмотрела на сгущающиеся тучи. – Что дальше делать будем?

– А что нам остается? Приедем, выгрузимся и будем дежурить на телефоне. Больше нечего. Ехать в город смысла нет. Через пару дней можно съездить, если так и не позвонят.

– Надеюсь, что позвонят.

Часть 1. Глава 4. Стив.

23 июня. Москва.

10.48 по московскому времени

Грубый толчок в плечо заставил разомкнуть слипшиеся от сна глаза.

– Молодой человек, конечная. Покиньте вагон, пожалуйста! – неприятный скрипучий голос окончательно вернул из тягучих лап сна в пустой вагон метро.

Еле встав на затекших ногах, вышел на платформу под пристальным взглядом дежурной по станции. Безлюдный для утра понедельника перрон встретил легким движением застоявшегося воздуха, создавая иллюзию прохлады. Позеленевшая бронзовая надпись с названием станции плясала перед сонными глазами, не давая себя прочесть.

Опять уснул в метро и проехал свою станцию. Теперь нужно вернуться назад, но мозг еще тяжко соображает, грубо вырванный из лап морфея.Потерев глаза ладонями, Стив перешел на другую сторону станции и стал дожидаться поезда в обратном направлении. Красные цифры часов над зевом тоннеля показывали без десяти одиннадцать. Через десять минут он должен отметиться на проходной недалеко от станции Третьяковская, но добираться туда еще минимум полчаса.

Послышалось гудение, по стенам побежали отблески фар. Легкий порыв свежего воздуха прокатился по перрону, приятно лаская кожу. Шагнув в открывшуюся дверь, Стив словно окунулся в тягучий душный кисель. Воздух в вагоне затхлый и пропитанный кислятиной, словно здесь не убирались с запуска метрополитена. Июль в этом году выдался необычно жарким, столбики термометров поднимались до тридцати пяти в тени.

Достал из кармана смартфон и настучал напарнику сообщение, что задержится. Вспомнил обрюзгшее лицо начальницы отдела кадров, которая постоянно мониторит список опоздавших. Представил, как она медленно покрывается багровыми пятнами и заходится в приступе гнева, обвиняя тебя во всех смертных грехах за получасовое опоздание на работу.