Непосланный посланник

Она была, как вечный двигатель, постоянно в движении. С самого утра и до позднего вечера бабуля ходила по своим многочисленным товаркам, пациентам, которых лечила всякими травками и еще, как выяснилось, молитвами.

Все же мне удалось узнать кое-что, что было с ней непосредственно связано… Оказалось, в окрестностях Вязьмы в многочисленных селах и деревушках нашли приют почти по полсотни монахинь бывшего Иоанно-Предтеченского монастыря, взорванного еще в начале Гражданской войны то ли красными, то ли белыми. Многие из монахинь, даже самого преклонного возраста, решили не отказываться от своего образа жизни и продолжали все эти двадцать лет придерживаться монашеского правила.

Все дни они проводили в молитвах и послушаниях.

Наша же бабуля оказалась одна из тех, кто всячески поддерживал монахинь. Она собирала для них продукты и одежду, а потом самолично и отвозила все собранное. По этой причине бабушка и пропадала целыми днями. «Бабуля-то наша оказалась настоящим энтузиастом. Я же думал, она просто молиться в молельный дом ходит…»

Когда все это узнал, мне пришла в голову одна интересная идея.

Тогда она мне действительно показалась очень интересной и многообещающей. «Главное, что она верующая! Как говорится в нашем времени, она фанатично верующая… Прошлый случай с иконой и моим пением это полностью подтверждает».

Пожалуй, придуманный мною план мог родиться только в голове человека XXI века, ценности и ориентиры которого были изрядно расшатаны прогрессом и, мать ее, цивилизацией.

– Значит, верующая? Хорошо! Значит, устроим тебе мироточение иконы, – я тихонько подобрался к избе и убедился, что там никого не было. – Настя уже вовсю спит, а наша бабуля снова где-то бродит.

Я быстро шмыгнул внутрь дома и подошел к лавке, под которой у меня еще с утра был припрятан обломок ножа. Это был небольшой кусок металла с длинной рукояткой из оленьего рога, которым я и полоснул себя по пальцу.

– Ай! Б…ь, как больно-то, – действительно, оказалось очень больно, чертовски больно.

 – Вот уж и не думал. Так… – я встал на лавку и подобрался к иконе вплотную. – Что мне так гадко-то?

Через неровно пляшущий огонек лампадки на меня укоризненно, но в то же время ласково смотрели уставшие, словно сияющие изнутри глаза Богородицы. Неизвестный художник так мастерски изобразил ее чуть полное лицо с длинными волосами, спадающими ей на плечи, что оно казалось живым.

– Изви… ните… – прошептал я, дрожащим пальцем касаясь глаз матери Бога.