Последняя секунда Вселенной

Коснулась рукой камня. Теплого камня.

И вдруг поняла.

То, что издалека казалось зубами, на самом деле было гребнем. Лишь маленьким кусочком костяного гребня. Именно здесь голова выходила на поверхность моря.

Она нашла дракона.

ПАРАДОКС

– Needust saab murda, loobudes millestki v??rsest, – медленно проговорил Айвин.

Аннабель кивнула. Она уже начала понимать его язык. Понемногу.

Он говорил о проклятьи.

По стеклам стучали капли дождя, и она никак не могла сосредоточиться.

Они сидели в библиотеке Эйрика у панорамного окна окруженные книгами, старыми и новыми: монографиями, художественной литературой, журналами, фолиантами, поэзией и биографиями.

Особую страсть Эйрик питал к биографиям, а Аннабель – к черновикам. Айвин писал много черновиков, и ей нравилось в них разбираться, хотя порой это было и непросто.

Айвин сидел в кресле напротив, лицо скрыто книгой, только глаза видно. Периодически он ловил на себе взгляды Аннабель и улыбался.

– Kalli? – позвал он.

– А? – рассеянно ответила Аннабель и тут же смутилась.

Он называл ее этим словом. Тем словом, которое у его народа означает «любимый» или «любимая».

– Хочешь пойти поесть? – спросил Айвин.

– Давай подождем, пока дождь закончится? Осталось минут двадцать.

Он кивнул.

– Можно спросить?

– Конечно, – Аннабель кивнула.

– В резиденции Эйрика живет так много людей – художники, писатели, скульпторы, – задумчиво проговорил Айвин. – Это очень… странно. Они постоянно говорят. Спорят. Обсуждают.

Сплетничают.

– Это наш эволюционный механизм, – ответила она. Айвин прищурился, склонив голову. – Когда-то мы жили небольшими группами и нам нужно было понимать, кому можно доверять, а кому нет. Кто обманывает, а кто ведет себя честно. Кто кому изменяет, а кто верен. Сейчас мы живем в больших городах, но внутри них мы собираемся в те же племена. Как десятки или сотни тысяч лет назад. И поэтому мы обсуждаем друг друга[6 - Психолог Робин Данбар выдвинул идею о том, что сплетни как эволюционный механизм помогали людям распространять ценную информацию в небольших сообществах (в диапазоне от 100 до 230 человек, чаще всего условно принимается равным 150).

Конечно, достоверность этого эволюционного механизма под вопросом, но все же есть вероятность, что именно сплетни помогали поддерживать социально функциональные группы.]. Аньесхеде – не такой большой, здесь все друг друга знают. Или почти все.

– Да, я бывал в городах-миллионниках, – кивнул Айвин.