Кукловоды

Дмитрий быстренько прикинул в уме примерное меню ужина при свечах и его стоимость – ни дать, ни взять Ипполит Матвеевич Воробьянинов – и свернул к знакомому бару «Ласточка». Там при необходимости можно было спокойно рассчитаться и «зелеными» по вполне приемлемому курсу.

Осторожно остановив автомобиль недалеко от входа в «Ласточку», Кошелев заглушил двигатель, мелкой рысцой обежал вокруг и галантно вывел из салона мадемуазель Алену. Захлопнув и заперев дверцы, Дмитрий взял девицу под руку и медленным, полным достоинства шагом повел ее к вратам страны чудес – светский лев, да и только.

Войдя в довольно неказистое, отделанное и обставленное с претензией на «крутизну», тускло освещенное помещение с десятком маленьких столиков, Кошелев обвел вокруг глазами – где бы приземлиться?

Есть! В самом углу глянцево блестел крышкой свободный стол. Усадив спутницу, Дмитрий уселся сам и вновь начал вертеть головой – теперь уже в поисках обслуживающего персонала.

К чести заведения, прилично одетая молодая девушка в кружевной наколке не заставила себя долго ждать.

Встав рядом и взяв в руки блокнот, она терпеливо глядела в угол зала, пока Воробьян… тьфу, Кошелев элегантно-небрежно подавал даме валявшуюся в углу столика карточку меню, внутренне холодея от страха – вдруг травма головы или иное что спровоцировало у Алены волчий аппетит?

Однако, на его счастье, девушка вернула ему карточку со словами:

– На ваше усмотрение, Дима, – и принялась с чисто женским любопытством рассматривать немногочисленных посетителей «Ласточки».

Кошелев, внешне корча из себя избалованного неумеренным потреблением изысканных блюд и благородных вин Вандербильда Моргановича Онассиса, потел над меню, как жулик-бухгалтер над балансом перед ревизией. Лихорадочно подсчитывая стоимость перечисленных на шершавых, испятнанных страницах блюд и подыскивая удобоваримый вариант, Дмитрий бросил случайный взгляд на свою визави и с огромным неудовольствием засек беззвучно грохнувший из красивых глаз Алены выстрел-взгляд на развалившегося за соседним столиком симпатичного и безукоризненно одетого молодого парня.

Тот лениво потягивал пиво и медленно пережевывал разговор с восседающей напротив раскрашенной во все цвета радуги девицей.

Даже самое примерочное сравнение с красавчиком было явно не в пользу седого, согнутого в дугу и с редким штакетником зубов во рту Кошелева.