Кукловоды

Буквально через две минуты ярко-красные «Жигули» лихо тормознули у самых его инстинктивно отпрянувших ног; задняя дверца приветливо распахнулась, и Дмитрий пыльным мешком плюхнулся на заднее сиденье.

– В город, отец? – приветливо улыбнулся ему водитель – невысокого роста широкоплечий парень. Рядом с ним сидел еще один молодой человек – высокий, спортивного телосложения молодец в синем джинсовом костюме.

Дмитрий с энтузиазмом кивнул головой, нечаянно сбив на самый нос шляпу, как Остап Бендер – свою морскую фуражку.

Всю дорогу парни вели негромкую беседу. Говорил в основном водитель – по всему видно, веселый и общительный человек; атлетически сложенный собеседник больше отмалчивался.

– Уверяю тебя, Серега: секция тай цзи цюань – это именно то, что нам нужно! – горячо убеждал водитель. – В этом городе нет ничего подобного. И вряд ли появится в ближайшее время – так что конкуренции опасаться нечего. Ты согласен?

Коротко стриженый крепыш безмолвно кивнул.

– Вот! – торжествующе продолжил водитель.

Слабое свечение приборной доски фосфоресцирующим разноцветьем слегка подсвечивало лицо водителя. Голова и плечи его немногословного спутника еле угадывались в темноте. Свет фар редких встречных машин причудливо очерчивал их черные плоские силуэты на фоне лобового стекла, словно бумажные фигуры в театре теней.

До города отрезок пути был немалый. Убаюканный теплом и покоем Кошелев незаметно для себя начал дремать, нахохлившись в углу салона, словно старый ворон.

Дмитрий Кошелев провалился в сон, словно топор в воду.

* * *

Со временем Кошелев поостыл и в один прекрасный день схватился за седую голову: так он хоть денег лишился, а не сложись пасьянс столь удачно – запросто мог бы лишиться на долгие годы свободы, а то и собственной глупой башки.

То, что за ним не явились среди ночи – чистая случайность. Миллионный выигрыш в казино. Видимо, не нашлось ушлых господ, заинтересованных в раздувании этого дела. Нисколько не выгодно, никому не нужно.

А спустя еще несколько времени Кошелев стал замечать в себе чувство невольного уважения и острой зависти к надувшим его с бумажным «Ситроеном» гастролерам.