По эту сторону неба. Непростая книга для взрослых

Утро, постель, хрустящая чистым бельем, и некто в белом халате, маской на лице и пластиковым планшетом с исчерченными листами поверх, скрепленными металлическим держателем.

– Доброе утро, – поприветствовал ее врач

– К черту утро! Где я?

– Вы в безопасности.

– Что случилось со мной?

Врач перелистнул страницу

– В вашей истории болезни сказано, что вы проходили косметические процедуры в частной клинике, – сказал он, – и, в результате использования неверно подобранных медикаментов, у вас началась сильная аллергическая реакция.

Он взял ее за запястье, чтобы пощупать пульс. Она выдернула руку:

– ты с ума сошел, какая клиника, какие косметические процедуры, я никуда не хожу, максимум – к парикмахеру или в солярий

– так записано в вашей истории болезни, – пожал плечами человек в белой маске, перелистнув несколько листов на планшете.

Дана успела заметить, что на его листах вместо букв, какие-то рисунки, похожие на паутину.

– эмн…

– что?

– а, – она натянуто улыбнулась и растеряно приложила руки к губам, а потом спросила, чуть наклонившись и понизив голос, – понимаю, бред какой-то… а ээээ… как меня зовут?

Врач перелистнул назад страницы и начал, поверх, искать нужную информацию, черкая ручкой с закрытым колпачком.

– Так, – произнес он и его губы под маской шевельнулись, – сейчас… ага, вот… – от ткнул в лист, – Дана… Вас зовут Дана.

Она удивленно подняла бровь и, одними губами, повторила свое имя: «Дана?»

Потом резко встала с кровати в длинной белой рубашке

– В общем так, доктор, – сказал она, подперев руками бока, – бегом неси мои вещи, мне пора валить отсюда.

Врач не шевельнулся.

– Ты глухой? – спросила она, пристально уставившись на него, – вещи, говорю, мне мои принеси! Что не понятно?

– Я принесу вещи, – спокойно ответил врач, – если вы скажете мне куда поедете.

Он посмотрел на нее вопросительно одними глазами над белой повязкой.

Дана приготовилась сказать, но тут же осознала, что не знает, что ответить, она не помнила ровным счетом ничего. Тогда она попыталась сделать то, что делала лучше всего – соврать.