Меланхолия

Поначалу, всё шло довольно-таки неплохо. Хоть я и не была любимчиком в классе и, признаться, всегда чувствовала себя не в своей тарелке в обществе сверстников, вечер не сулил ничего дурного. Но спустя около десяти минут нахождения в воде, когда я стала чувствовать себя довольно уверенно в воде, я зацепилась ногой за подводную растительность и сильно запаниковала. Меня стало тянуть вниз, и я начала тонуть. Чем больше я барахталась, тем сильнее меня затягивало. Я кричала о помощи, но мои одноклассники были только рады такому зрелищу и вовсе не торопились оказать мне помощь.

Сердце забилось так сильно, что я едва успевала дышать! Я захлёбывалась… Вода… Много воды… Я захлёбывалась, никак не сумев выбраться из этих водорослей. Всё это время одноклассники просто наблюдали за всем этим и весело хохотали. Очевидно, для них это было лишь забавным зрелищем. Наконец, я сумела освободиться от овившихся вокруг моих ног водорослей и доплыть до берега… С тех пор у меня фобия.

Мистер Хадсон с негодованием представлял себе одноклассников Кэролайн.

Его брови нахмурились, а ноздри напряглись.

– Досадно слышать, что у вас было такое окружение. Люди невежественны и жестоки. Но главное, что вы смогли самостоятельно выбраться. Вы молодец, Кэролайн!

Хант не переставала удивляться собственной открытости с молодым человеком. Она не привыкла делиться фрагментами прошлого, но мистер Хадсон будто нашёл ключ к её расположенности.

– В нашем спорте, тоже случались испытания, – сказал Гленн, пытаясь не акцентировать внимание на грустном рассказе Кэрол.

 – Бывало всякое.

– А как же безопасность? Там ведь наверняка очень опасно! – воскликнула бывшая писательница.

– Шлемы, спасательные жилеты, аптечки. Правда, бывали случаи, когда спортсмена попросту уносило бурными потоками, каяки разбивались о каменные выступы. Даже со мной случались неприятности. Но, к счастью, всё обходилось нормально. И меня снова влекло покорять эти извилистые ущелья с разбушевавшейся водой под рафом или каяком, – с блеском в глазах рассказывал мистер Хадсон.

– А как же чувство самосохранения? – спросила Кэролайн.

Формулируя свой вопрос, Хант поневоле вспомнила эпизод своей юности, когда она спрыгнула из окна складского помещения во время пожара.

– Сложно объяснить, – задумался Хадсон, – Сейчас, сидя с вами, я отдаю себе отчёт, что это безрассудно и очень опасно. Но временами меня охватывает дикое стремление отдаться течению этих рек и почувствовать их прохладу, их темперамент.