Родня. Пересохшее русло

Фабрикой она называла аппарат для процедуры гемодиализа, куда ездила чистить почки уже три раза в неделю.

Ни Тимур, ни его сестра, тогда еще не знали, что пройдет три с лишним года и, страдая от болезни Альцгеймера, в одиночестве, проклиная всех тех, кто её забыл и бросил, умрёт Галия. И пророческими зазвучат слова таджикского поэта-суфия Абу Мухаммада Муслих ад-Дина ибн Абд Аллах Саади Ширази, известного как Саади: «…Тот, кто не желает поднять упавшего, пусть страшится упасть сам, ибо, когда он упадет, никто не протянет ему руку…».

Её сын, Дамир, будет потом на каждом углу рассказывать, сколько его мать сделала для Фаины, её детей и внуков, и как все они бросили её, и предали забвению. Ну правильно, она же уже не командовала детской больницей, а значит, толку им от неё не было никакого. И им не привыкать платить черной неблагодарностью тем, кто их искренне любил. А пока вернемся к «Тимуру и его команде».

Он после разговоров с сестрой решил позвонить Раисе. С Фаей разговаривать Тимур был не в состоянии и решил позвонить её дочери.

– Алло. Рая, привет. Это Тимур.

– Ой. Приве-еет. Тима, давно я не слышала твоего голоса. Как дела? Ты в Костанае?

– Нет, я в Ате. Рай, я коротко. Там Джамику твоя мама звонила, уточняла насчет моего долга Глебусу. Якобы я ему должен остался, но так и не отдал. Ты в курсе про этот разговор?

– Вообще первый раз слышу. Вот куда она вечно лезет?

– Понятно, то есть у тебя ко мне финансовых претензий по поводу того долга нет? Я через «кановских» все слова свои для Рината еще тогда передал.

Не с руки было поднимать в тот момент этот разговор, а мне улетать надо было.

– Да. Ринат, что-то говорил про те деньги, я помню. Ты на нее не обижайся, ты же ее знаешь. А претензий никаких, наоборот я тебе благодарна, что тогда не забыл, что помог. Так что – все ок. – у Тимура неожиданно потеплело на сердце, он никак не ожидал, что этот короткий разговор с сестрой всколыхнет в нем ту любовь, которую он испытывал к ней с детства.

– Рая, я хотел поблагодарить тебя, за помощь, которую ты оказываешь моей матери.

– Ой, ну что ты. Какой разговор? Чем могем, тем помогем, – смеясь ответила Раиса.

– Всё равно, спасибо, ты когда в "Ате" будешь? Давай пересечемся, разговор есть.

– Я через недели две как раз собиралась. Давай, конечно. Созвонимся. Пока.

– Пока. – Тимур остался очень доволен этим разговором. Как еще один камень отвалился от его израненной души.