Мой одноклассник – бог

Это точно! Но потерять его, его дружбу было бы для меня очень болезненным ударом. И в то же время сама дружба причиняла мне боль и тяготила мучительной невысказанностью. Неужели, у меня все-таки есть чувства, и я боюсь в этом признаться? Я не хочу быть одной из многочисленных влюбленных дурочек без шанса на отношения! Хочу быть любимой и выбранной – из множества. Только вот Фред меня не выбрал.

– Леся? Что с тобой? – Лайтхарт остановился, я по инерции еще сделала несколько шагов, прежде чем услышала его голос.

Он мягко коснулся моего плеча. Я дернулась, как от удара током, почувствовала в горле тугой комок. Браво, Олеся, еще не хватало разреветься перед ним, как в глупых подростковых мелодрамах!

– Ничего, я немного устала, – я постаралась спрятать лицо, занавесилась густыми волосами. Говорить не хотелось.

Мы подходили к  дому, а я все еще чувствовала себя ужасно. Фред болтал со мной, проводил до дома… Это разовая акция добра, из жалости? Он понял, что я ему не интересна, но не знает, как сказать?

– Леся, прости еще раз, что мало писал, в последнее время дома не все гладко, – лицо новенького омрачилось, он даже отвернулся от меня, как бы обращаясь к желтеющим на дереве листьям, – Я скучал по нашим прогулкам, правда.

И я должен был поддержать тебя с конкурсом в группу. Из меня вышел плохой друг?

Вопрос он задал с такой грустью, что музыка Паганини покажется вам песнями с новогоднего детсадовского утренника. Мне захотелось утешить Фреда. Я  положила руку на его плечо, подходя ближе, чем обычно.

– Да, я тоже скучала по этому. И я разозлилась тогда – и на тебя, и на Асю, и на Стеф…Никто из вас ничего не написал мне, хотя я не раз говорила об отборе.  Извинился среди всех за это только ты. Так что нет, Фред Лайтхарт, из тебя вышел неплохой друг. Но тебе еще есть, куда стремиться!

Парень с облегчением вздохнул, на его лице затанцевали солнечные зайчики:

– Может, пожизненный тыквенный латте спасет ситуацию?

– Я подумаю об этом!

Мы оба облегченно засмеялись.

Любуясь медовым отливом его волос, я в  который раз подумала о том, как сильно мне не хватало его эту неделю.

Глава 10

Сентябрь на календарях и в сердце сменил октябрь. С его порывистым ветром и ежедневными дождями – от грибного моросящего до ливневого апокалипсического. Для Питера это означало победу серости и холода над солнцем и бабьим летом. И только кофе из любимой кофейни помогал сохранить капельку жизнерадостности.