Мой одноклассник – бог

Поаплодируем второй вокалистке – Олесе Виртанен!

Все несмело захлопали, а я как во сне смотрела на историка, пытаясь понять, не почудилось ли. В последнее время у меня это бывает.  Владислав Алексеевич добродушно улыбнулся и махнул рукой, призывая подняться на сцену. На ватных ногах я вышла на подмостки и теперь стояла в компании счастливчиков, слыша только свое громко бьющееся, ликующее сердце. Неужели это в самом деле случилось?

Я прошла! Прошла! Меня взяли в школьную группу!

– Владислав Алексеевич! – встрял Фил, – Спасибо, что  высоко оценили мой голос ! Но в условиях четко сказано, что вокалист должен быть один!

– Да, это нечестно, – раздался возглас из конца зала.

– Эти правила писал ваш учитель музыки, который  больше не работает. Я увидел потенциал в Олесе, и сразу представил ваш дуэт! Вы отлично будете звучать вместе.

Мы с Филом покосились друг на друга. Его сладкая мордашка перекосилась от злости, курносый нос будто задрался еще выше.

Пока все поздравляли друг друга, я спустилась в зал, полная противоречивых эмоций.

Больше, конечно, счастливых. Меня все-таки заметили! Все-таки выбрали! Я прошла! Ася и Стеф сойдут с ума, когда узнают! И Фред…

– Не торопитесь уходить, уважаемые участники группы, – Владислав Алексеевич обратился к нам через микрофон, – В следующий раз мы с вами встретимся, чтобы обсудить нашу работу. По расписанию, как и планировалось для этого элективного курса: по вторникам и пятницам, восьмым и девятым уроком.

Все согласно закивали и начали расходиться.

Счастливчиков поздравляли друзья и одноклассники, пришедшие поддержать.  Те, кто не прошел, хмуро выходили из зала самыми первыми. Дуэт, исполняющий песню Шакиры, плакал на заднем ряду в окружении их группы поддержки. А ведь и я могла сейчас сидеть рядом с ними.

Уже у выхода меня нагнал Фил, грубо дернув за плечо.

– Эй! – прошипела я.

– Олеся, ты должна отказаться от этого курса!  – парень из параллели встал передо мной, не давая прохода.

– Да, сейчас, – я с презрением дернула плечом и обошла его.

Фил замер, не ожидая моей реакции, но потом бросился следом, не отставая:

– Подруга, я серьезно. В группе должен быть один вокалист, и это я!

– Наш историк так не считает, – ядовито процедила я, – Здоровая конкуренция пойдет тебе на пользу.

– Бесстрашная, да? – поклонник Джастина Бибера снова попытался встать у меня на пути,  я вновь увернулась. Кносский полный псих, если думает, что я испугаюсь, или сделаю так, как он хочет.