Танго на троих

Шерхан злобно на него зыркнул и свирепо раздул ноздри, а уже в следующий миг сжал меня в медвежьих объятиях.

– Дианка, дорогая ты моя, поздравляю! Ты ж у нас теперь не только гордость школы и города… а всей России! Да мы с тобой… у-у-ух!.. Так, а где, кстати, наш Виктор?

– Спасибо, Денис Палыч, мы старались. А Витёк переодевается… так что я тоже побегу… Ага?

Но, прежде чем рвануть в раздевалку, я повернулась к маме и шепнула:

– Мамуль, мне кажется, наш почётный гость сейчас заплачет, – кивнула на француза.

 – Ты возьми его пока под своё крылышко, а я к вам скоро примкну и вместе на банкет поедем. А, кстати, куда он дел свою облезлую фрейлину?

Я поискала глазами переводчицу и, подмигнув потерянному французу, скрылась в раздевалке.

3

Оказывается, не все ещё разошлись. Светка, уже вся расфуфыренная, подхватила свой розовый баул и устремилась к выходу, состроив мне презрительную гримасу. Странно, даже ничего не съязвила. В раздевалке остались только две девочки.

– Поздравляю, Диан, это было круто! – тоненькая, черноглазая Ирочка улыбается и кажется искренней, но я не успеваю её поблагодарить…

– Ага, очень круто! – злобно выплёвывает длинноногая рыжая мегера, очень взрослая и опасная.

 – Что, насосала победу, чемпионка сопливая?

В одном нижнем белье и чулках она приближается ко мне, покачивая роскошными бёдрами.

– Девочки, вы чего… перестаньте, – испуганно лепечет Ирочка.

Я стараюсь подавить неприятный страх, а ещё стыд и отвращение от пошлых намёков рыжей.

Но проглотить оскорбление не могу и выдаю ответку:

– А ты что же, насосала только на бронзу? Наверняка потому, что много метёшь языком не по назначению, теряешь навыки. Потренируйся со своим партнёром, кобыла престарелая.

Кобыла вдруг всхрапнула, стремительно проскакала ко мне и, грязно ругаясь, вцепилась в волосы. Вот дура – чуть хвост мне не вырвала! Больно, конечно, но я стараюсь не поддаваться панике – зажимаю в кулаке правой руки большой палец, определяю мишень и резко атакую рыжую кобылу в ярко накрашенный прищуренный глаз.

А-ш-ш, как же руку больно! Мои волосы теперь свободны, но кисть руки горит от боли. Ирочка испуганно визжит, а Рыжая, сидя на корточках, рычит и прикрывает глаз обеими руками. Внезапно дверь в раздевалку распахивается и врывается толпа.

Ох, откуда, блин, столько?

Спустя полтора часа я всё ещё в раздевалке и всё ещё в алых лоскутках, именуемых платьем. Группа поддержки, надо сказать, у меня получилась мощная.